Возможно, вы меня знаете, как «Привидение» | Flyersice
Взгляд из за океана, Новости

Возможно, вы меня знаете, как «Привидение»

(примечание автора блога: первые четыре буквы фамилии Gostisbehere схожи со словом ghost, что означает привидение)

Каждый день я просыпался в 4 часа утра, чтобы успеть на каток. Вот таким целеустремленным был я в семь лет.

Мой отец вез нас с сестрой на машине по темному пустому шоссе, затем я попадал на каток и делал то, что любил больше всего – я спал.

Сейчас всё объясню.

Моя сестра, Фелиция, старше меня на четыре года. Тогда она была просто невероятной фигуристкой. Однажды, она должна была бы выступить на Олимпиаде — настолько она была хороша в фигурном катании. Мой отец отвозил нас на Incredible Ice — ледовую площадку в Coral Springs, это во Флориде. Каждое утро. Моя мама работала, поэтому мне приходилось ехать с отцом и сестрой, чтобы попасть в школу. Я не хотел смотреть фигурное катание, поэтому начал таскать с собой спальный мешок. Я раскатывал его на трибуне и отключался на пару часов, где-то в пяти рядах ото льда, где Фелиция тренировалась со своими тренерами.

Шейн и Фелиция

А после школы мы снова возвращались на каток. Я все еще не желал смотреть на фигурное катание, а моя домашняя работа, заданная в школе, могла подождать, поэтому я тратил время на еще одну мою страсть в жизни: коллекционирование хоккейных шайб. Я искал их между трибунами, в раздевалках, под скамейкой штрафников — буквально везде. И перед тем, как эта моя страсть прошла, я успел насобирать около 300 шайб, которые хранились в гараже нашей семьи.

Но каждый раз я ненадолго останавливался и наблюдал за катанием моей сестры. О, она была великолепна. Она великолепна до сих пор. Я думаю, что если Вы ее спросите, кто из нас с ней быстрее катается, то она ответит, что в настоящий момент она меня перегонит. В те годы она заставляла меня стыдиться. Фелиция была отличницей в школе, вела общественную деятельность и была, определенно, образцом для подражания. А я был ледовой крысой, которая собирала и прятала шайбы на чердаке. Могу просто сказать, что мы были… ну, разные, но я знал, что хочу кататься на коньках также как она.

Поэтому я стал брать уроки по катанию у одного из ее тренеров. Конечно, занятия были неплохие, но без шайбы. Все виражи я закладывал на коньках, но без шайбы. Но, как мне кажется, тренер не понимал того, что мне нужна шайба.

Во всяком случае, мое катание становилось все лучше. Фелиция и я бежали на каток, как только у нас появлялось свободное время. Мы соревновались, кто из нас быстрее. Вы, наверняка, видели на общественных катках детишек в крагах, которые несутся сквозь толпу, не задумываясь об окружающих их людях и предметах? Так вот мы такими и были, и нам это определенно нравилось.

Без нее я бы вряд ли вышел на тот уровень, который хотел достигнуть. Я видел ее отношение к тренировкам, ее страсть, и это все наставило меня на нужный путь. Когда я вспоминаю те дни, когда я влюбился в хоккей, я думаю о своей сестре.

Я затем я думаю о Флориде Пантерс.

Ледовая арена в Санрайз находилась всего лишь в 20-минутной езде от нашего дома. Я считал, что являюсь одним из самых преданных болельщиков Пантер. По всей моей комнате были разбросаны пластиковые крысы. Мне было всего шесть месяцев, когда появилась эта франшиза, поэтому я совершенно не помню их поход за кубком в 1996 году, однако моя семья помнит. Они нанимали нянек для меня и моей сестры и посещали столько игр, сколько могли. Мой дедушка, Дэнис, является франко-канадцем, поэтому его любовь к хоккею была заразительна.

Когда я стал немного взрослее, он начал брать меня с собой на матчи. Я мало что помню… Мне было где-то восемь лет, однако игра одного хоккеиста хорошо отложилась у меня в памяти – это был 10-ый номер, Павел Буре. Его игра была фантастической. Скорость, техника и уверенность. Я помню, что точно знал, когда он находился на льду – можно было слышать, как он бьет клюшкой по льду, прося шайбу. Как я его понимаю.

Он врывался в открытые зоны, получал шайбу и бросал.

Буре

Есть парни, которые хорошо играют. Есть парни, которые играют великолепно. А есть такие, посмотрев игру которых тебе хочется пойти надеть коньки и научиться играть также, как они. Буре был одним из таких парней. Хоккей во Флориде после его ухода был уже не таким, как при нем.

Когда мне было 11 лет, и я начал больше играть, я понял, что НХЛ для меня – утопическая мечта. Моей целью было просто играть в хоккей в колледже, и я думал, что попаду туда. Качество моей игры увеличивалось с каждым годом, и я знал, что возможности мне представятся. Однако я понимал, насколько хрупкой может быть карьера спортсмена. И этот урок я выучил из-за Фелиции.

Когда ей было 13 лет, она получила серьезную травму бедра во время тренировки перед крупным турниром в Колорадо. Ей пришлось сделать операцию, и когда она восстановилась, то уже не смогла вернуться к той форме, которая была перед травмой. Она превратилась из ребенка, у которого не было нормального детства из-за ежедневного нахождения на льду, в обычную девушку-подростка. И было больно видеть ее такой. Я был еще совсем маленьким, поэтому было нелегко свыкнуться с тем, что травма может полностью изменить твою жизнь. Я еще не понимал, что ее карьера закончилась. Я не осознал тогда, насколько разными могут быть наши жизни.

После травмы она сказал мне фразу, которая до сих пор вертится у меня в голове: «Всегда иди до конца, так как ты не знаешь, когда это может закончиться».

Это был отличный совет, потому что я не был суперзвездой. В детском возрасте я никогда не был лучшим в своих командах, и драфт НХЛ обошел меня стороной во время моего последнего года обучения в высшей школе. Я поступил в Юнион-колледж в Скенектади, штат Нью-Йорк, что было прекрасным достижением, но я даже не предполагал чем это все может закончиться.

В 2012 году после сильно проведенного года в данном колледже, мой хоккейный куратор сказал мне, что меня могут взять в шестом или седьмом раунде драфта. Смысл в том, что на драфте всего семь раундов. Поэтому, когда я это услышал, я был сильно взволнован, но не знал, что и думать, потому что меня могли и незадрафтовать вообще.

И вот я завтракал в семейном кругу во Флориде в то время, когда шел третий раунд драфта — и я абсолютно не слушал, что там говорят по телевизору. Драфт шел у нас фоном, да и еще без звука. Было обычное утро. Я помню, как нес посуду в кухню, увидел в телевизоре логотип Филадельфии, а затем… появилось слово ГОСТИСБЕЕР. Это как оповещение на вокзале при отправлении поезда. Та же ситуация.

Я только промолвил: «Эээ, мам?»

А она резко обняла меня и повалила на диван — это был хороший захват и бросок.

Все начали плакать. Я не мог поверить. Я немного представлял себе, как пройдет тот день драфта, но не мог и представить, что все так обернется.

Я позвал свою сестру, и она, естественно, дала мне отличный совет. Ведь после того, как меня задрафтовали, я подумал – Вау, теперь я могу попасть в НХЛ. Я должен сейчас же попасть в НХЛ. Я был потрясен до глубины души. Она сказал мне: «чтобы ни произошло, выкладывайся настолько, насколько только можешь — ни о чем больше не волнуйся».

Звучит легко. Однако быть выбранным в третьем раунде это немного непросто. На сборах все наблюдали за игрой парней, выбранных в первом раунде, а я таким не являлся. А были ребята, которых выбрали в последних раундах или вообще не выбрали, и они, можно сказать, охотились за мной, так как я то был выбран. Это оказывало на меня некое давление. Однако я старался не обращать на это внимание и играть просто в свою игру — игру двустороннего защитника, любящего работать с шайбой. Я придерживался этого. Я не попал в команду в первые годы, но я до сих пор этого придерживаюсь.

А затем в ноябре 2015 года меня вызвали в основную команду и… ну эти три гола в овертаймах… ну что тут скажешь? Я был удивлен не меньше остальных. Я просто пытался выйти на ударную позицию, как делал это Буре, и ждал шайбу.

После того, как я в третий раз забил в овертайме, я ехал обратно в отель, в котором жил (я жил в отеле, так как боялся, что меня отправят обратно АХЛ), и увидел одно из рекламных электронных табло, которое гласило:

ГОСТ ОПЯТЬ ЭТО СДЕЛАЛ, ОЧЕРЕДНОЙ ПОБЕДНЫЙ ГОЛ.

Гостисбеер

Я подумал в том момент – «Что сейчас, бл…, такое происходит то?»

Месяц назад я был просто никем. И неожиданно я стал не просто кем-то, а кем-то в НХЛ. Первый мой год, как новичка, был особенным. Болельщики Филадельфии просто потрясающие. Все, кого я встречал, знали, как правильно произнести мою фамилию – именно таким образом понимаешь, что тебя здесь любят. Я помню в толпе символы приведений, и мне это нравилось.

Да, во время моего первого сезона я влюбился в Филадельфию. И до сих пор со мной это чувство.

В конце сезона, однако, мне напомнили, как жизнь непредсказуемая штука. Я получил травму бедра, и когда врач команды поставил мне диагноз, я не мог поверить его словам – то была та же самая травма, которую в свое время получила моя сестра.

Я знаю, насколько сильно продвинулись технологии с момента ее травмы, и команда врачей, которая работала со мной, была лучше, чем тогда у моей сестры. Но я помню ее лицо, когда она попыталась снова встать на коньки. И было тяжело об этом не думать.

Я учился у Фелиции, чтобы попасть в НХЛ, и мне снова требовалась ее помощь.

Она была уже дипломированной медсестрой, а моя девушка, Джина, училась в медицинском колледже, поэтому недостатка в уходе у меня не было. Физически я чувствовал, что мое восстановление идет так, как ему следовало идти. Моя сестра, девушка и мама помогли мне сильно с моральной точки зрения – они научили меня терпению, которое требуется для восстановления. Я обычно спешу все сделать быстрее, однако простой разговор с сестрой, в котором она рассказала, как проходило ее восстановление, являлся для меня бесценной информацией.

Итак, я хочу немного поговорить о нашей текущей команде. Но перед этим хотел бы сказать, что знаю, сколько шума было, когда в прошлом году меня оставляли в запасе. Было тяжело с этим смириться, но я все понимал. Когда моя реализация упала с 13% до 3% — и кажзалось, что у меня вообще ничего не получалось — только тогда я понял, как тяжело быть игроком НХЛ. Но умение отвлекаться от всего этого, даже хотя бы на одну ночь, может сильно помочь.

Но не буду врать. Мне пришлось удалить Твиттер с телефона. В течение моего первого сезона я любил пробежаться по моим твитам и пообщаться с болельщиками, но когда у тебя дела идут не очень, то это становится сложной задачей. Бесчисленное количество раз на глаза попадается только «ты сдулся», после чего начинаешь сходить с ума.

Но, на самом деле, я рад, что мне пришлось пройти через это, так как чувствую, что сейчас я проще к этому отношусь. Если мы забуксуем, я могу лучше справиться с давлением. У нас отличная подборка молодых ребят и ветеранов, а это очень сильно влияет на то, что мы о себе думаем, а также чего хотим добиться. Есть группа ребят, которые только-только вливаются, и мы стараемся поддерживать их в раздевалке.

Иван Проворов является одним из таких молодых ребят. Из всех молодых талантливых хоккеистов нашей команды вам следует, прежде всего, понаблюдать за игрой Прови. Он обладает… он обладает всеми навыками, которые вы бы хотели у него видеть. Он невероятно хороший защитник. Сколько 20-летних ребят играют практически по 25 минут за игру? Ответ простой — один.

Гостисбеер

Наши лидеры — Джи (G), Симмер (Simmer) и Джейк (Jake) — действительно задают темп. Они настоящие профессионалы, и они подсказывают нам. Мы знаем, что играем в сильном дивизионе, но в раздевалке мы получаем уверенность и знаем, что нет предела совершенству. Этот год является испытанием для нас, и мы продолжаем работать над собой, все еще пытаясь найти свою игру. Мы хотим, чтобы болельщики Филадельфии гордились своей командой. Мы не хотим принимать их поддержку, как должное.

И я хотел бы донести это до каждого молодого хоккеиста или фигуриста/фигуристки, кто бы не читал данные слова, будь они во Флориде или Канаде или где-то еще: не принимайте ничего как должное. Я помню, когда в марте в период моего первого сезона в НХЛ мы играли во Флориде — это был мой первый раз на той арене. Мы проиграли 5-4 по буллитам, однако я забил в конце третьего периода, сравняв счет. Я нашел глазами сектор 101 на трибуне, где мы с отцом обычно сидели, и где я прислушивался, как Буре стучит клюшкой по льду.

Меня поражает, насколько мне повезло в том, что Филадельфия решила рискнуть и выбрать в третьем раунде паренька из Флориды. Мои же родители оказали всяческую поддержку. Без них, моих друзей и моей девушки я бы не был тем, кем я являюсь сейчас. Ну а вклад моей сестры просто неоценим.

Но знаете ли Вы, что еще более поразительно?

Она до сих пор думает, что сможет обогнать меня на катке.

Хах.

Источник – theplayerstribune.com

Добавить комментарий