Тафгаи НХЛ | Flyersice  |  Page 5

Тафгаи НХЛ

ICE форум Национальная Хоккейная Лига Российский Фан Клуб "Филадельфии Флайерз"

В этой теме 57 ответов, 3 участника, последнее обновление  Kombain 10 мес., 2 нед. назад.

Просмотр 10 сообщений - с 41 по 50 (из 56 всего)
  • Автор
    Сообщения
  • #7748

    Taf
    Участник

    Даррен Маккарти. Глава XII

    null

    Перед Днем Благодарения 2007 года я получил весточку от генерального менеджера «Детройта» Кена Холланда и его ассистента Джима Нилла. Они заявили, что клуб готов предложить мне контракт, если я смогу доказать, что у меня есть еще порах в пороховницах. В 35 лет я должен был вернуться в низшие лиги и играть за 500 баксов в неделю. Моим новым пристанищем стал «Флинт (Мичиган) Дженералс» из IHL.

    Сложно было найти человека счастливее.

    После развода, банкротства, смерти друзей и четырех поездок в реабилитационные центры, я вновь ощутил любовь к игре. Конечно, не обошлось без помощи Дрэйпера, который предоставил мне место для тренировок в своем центре. И я не подвел его. Я тренировался без устали.

    Холланд ничего не обещал, но ему и не нужно было. Мы знали друг другу долгие годы. Мы поддерживали контакт постоянно, хотя я держал его на расстоянии. Я не хотел, чтобы он узнал о моем стиле жизни и разочаровался во мне.

    Дрэйпер был одним из совладельцев «Флинт Дженералс», именно поэтому и возник вариант с этим клубом. Попав в команду, я поставил перед собой две цели – вернуть свою игровую форму, а также обрести некоторую уверенность. Ведь я толком то и не играл последние 18 месяцев.

    Я знал главного тренера «Дженералс» Кевина Керра. Мы пересекались в OHL. Помню его по «Уиндзору». И я был уверен, что мы поладим.

    Всего я провел за «Флинт» 11 игр. И Керр очень помог мне, дав большое количество игрового времени. Так что я быстро привел себя в форму.

    Я с большой теплотой вспоминаю то время, что провел в команде. Прошло 16 лет с тех пор, как я последний раз отправлялся на выездные турне в автобусе. Знаю, что многие игроки без особой радости вспоминают такие поездки, но я был рад даже этому. Казалось, что наш автобус прибыл в Мичиган прямо из фильма «Щелчок».

    Согласившись поиграть в IHL, я предполагал, что местные тафгаи захотят помериться силами с опытным бойцом из НХЛ. Но этого не произошло. Более того, большинство соперников совершенно не докучали мне из-за уважения моих былых заслуг.

    Лишь один раз я столкнулся с откровенной наглостью. Мы играли против «Каламазу Уингс». В конце второго периода игрок «Каламазу» Трэвис Гранбуа огрел меня клюшкой.

    Сначала я думал простить его, так как это была моя последняя игра за «Флинт». Но Гранбуа был Шоном Эйври IHL. Он вел себя, как последний мудак. Ему нужно было преподать урок.

    «Ты ублюдок, — прорычал я, — ты пожалеешь об этом!»

    Я схватил его за ремешок шлема и так скрутил его, что Гранбуа начал задыхаться.

    Все знают, с какой ненавистью я накинулся на Клода Лемье. Лишь еще одному игроку за всю свою карьеру я хотел причинить настоящую боль. Джамал Майерс. Его уважали в лиге, но он страшно разозлил меня, когда напрыгнул однажды на меня со спины. Признаюсь, что Гранбуа вызвал у меня практически такие же чувства.

    «Ты, мелкая сука, — продолжал орать я, — решил поиграть со мной? И как тебе взрослый хоккей?» Его лицо уже покраснело, когда лайнсмены разняли нас. Пусть это был мой последний матч за «Дженералс», но Гранбуа должен был ответить.

    После того как нас разняли, Гранбуа не сразу смог встать, так как не мог восстановить нормальное дыхание. «Ну что умник? Вот так мы играли во взрослой лиге. И поверь мне, ты бы не протянул там и секунды», — завершил я.

    Я был на 13 лет старше этого долбаеба. Когда ему было 8 лет, я уже дрался с Джо Кошуром, Доналдом Браширом, Дерианом Хэтчером и Келли Бакбергером. Со мной не пройдут его детские уловки.

    Заметьте, я ни разу его не ударил. Просто хотел показать ему его место. Пока он бился об лед, словно рыба, выброшенная на берег, я добавил: «Пацан, в тебе нет ничего, что позволило бы попасть в высший свет».

    Кроме того случая, в IHL у меня была только одна драка. Моим соперником стал Крис Ковальчик. Мы встретились в круге вбрасывания и он сказал: «Вы мой кумир. Для меня было бы честью сразиться с вами. Вы согласны?» Я не хотел драться, но как я могу отказать при таком предложении? Мы сбросили перчатки, чуть-чуть поборолись. После он добавил: «Это был лучший день в моей жизни». Для меня было честью встретить такого соперника.

    Холланд слышал об этой «драке». При следующей нашей встрече он спросил: «Ты больше не хочешь драться? Ты позволил парню из этой лиги тягаться с тобой. А ты все еще хочешь играть?» Холланд постоянно подкалывал меня таким образом. Я ответил: «Ты шутишь? Я не хотел покалечить ребенка. Я бы мог похоронить его. После игры он даже просил у меня автограф».

    Я верил в свои силы. Был уверен, что способен помочь «Ред Уингс» в сезоне-2007/08. Как в свое время Джо Кошур помог нам. Однако сначала мне нужно было поиграть в АХЛ – «Гранд Рэпидс». Именно здесь я вновь обрел истинную любовь к игре. Мне было так приятно играть с молодыми и рвущимися в бой хоккеистами. Я до сих пор очень пристально слежу за «Детройтом», так как в команде выступает много ребят, которых я еще видел в начале карьеры: Джимми Ховард, Джонатан Эрикссон, Даррен Хельм, Джастин Абделькадер, Кайл Куинси и Йоаким Андерссон.

    Я чувствую некую связь с ними. И я надеюсь, что смог передать им частицу своего опыта. Конечно, я не мог удивить их чем-то в плане техники, зато я мог показать, как лучше защищать шайбу и бороться у бортов.

    В конце концов, Холланд предложил мне минимальный контракт. Честно говоря, в тот момент я был бы готов играть и бесплатно. Стоит отметить, что главный тренер «красных крыльев» Майк Бэбкок все еще не был уверен в моей кандидатуре. Однако 28 мая 2008 года я провел свою первую игру после возвращения. Меня выпустили в одной тройке с Крисом Дрэйпером и Кирком Молтби. Возвращение «Grind Line». Это был красивый жест со стороны тренера.

    В итоге, в регулярном сезоне я успел провести только три матча. Однако я смог произвести достойное впечатление и завоевать место в составе на плей-офф.

    По своей традиции, мне даже удалось забить один важный гол. Я открыл счет нашим голам во втором матче серии с «Нэшвилл» (4:2). Конечно, это не самый важный гол в моей карьере, но в тот момент я почувствовал небывалый прилив эмоций.

    Юхан Франзен и Томас Хольмстрем залечивали травмы, поэтому я попадал в состав до финальной серии. И только с их возвращением я осел в запасе. Однако это не помешало мне радоваться итоговой победе больше всех.

    Все четыре моих ребенка были уже в достаточно сознательном возрасте, чтобы разделить радость успеха со своим отцом. Сначала мы наполнили чашу Кубка Стэнли до краев мороженым. Идеальное празднование для человека, который смог изменить ход своей жизни. В тот день мне казалось, что я взял себя под контроль. Но я вновь ошибался.

    #7750

    Taf
    Участник

    Даррен Маккарти. Глава XIII

    null

    За свою 15-летнюю карьеру я заработал более 16 миллионов долларов. Но одно из главных заблуждений относительно моей карьеры то, что я обанкротился из-за пристрастия к наркотикам и азартным играм. Правда же заключается в том, что я потерял свое состояние, так как не мог отказать никому, кто просил о помощи. Это была частный банк Даррена Маккарти. Любой, кто нуждался в помощи, обращался ко мне с протянутой рукой.

    Где-то лет 10 назад мой близкий друг попросил меня о помощи, так как неудачно инвестировал свой капитал. Я дал ему 100 тысяч долларов. Я сделал это, так как мы были близки. Словно семья. Я был крестным отцом одного из его сыновей.

    Сначала он вернул мне 10 тысяч. И на момент написания этой книги я не слышал о своем друге уже семь лет.

    В другой раз один из сотрудников организации «Детройт Ред Уингс» (не игрок) одолжил у меня 50 тысяч. Я не видел ни цента из этих денег. Если бы я встретил его сейчас, то, наверное, дал бы ему в морду.

    Но я не хочу называть конкретных имен. Я не веду себя так. Если у нас возникают разногласия, то я разрешаю спор лично. Я не собираюсь унижать человека публично.

    По моим подсчетам, я раздал друзьям, коллегам и членам семьи более миллиона долларов. Мои потери на ставках и траты на наркотики и близко не приближаются к этой цифре.

    Сейчас я живу на пенсию НХЛ – 636 долларов в месяц. Плюс деньги за автограф-сессии. Теперь, когда я живу от получки до получки, удивительно, как мало друзей осталось рядом со мной. Я не рассказываю эту историю, чтобы разжалобить вас. Я надеюсь, что какой-то молодой хоккеист прочтет эти страницы и избежит моих ошибок.

    Мои финансовые проблемы – это только мои проблемы. Когда ты растешь в небогатой семье и на тебя вдруг обрушивается состояние, то ты не знаешь, как им верно распорядиться. Я всегда тратил деньги, словно они будут у меня всегда.

    По своему первому контракту я получал 200 тысяч долларов за сезон. Плюс подписной бонус в 200 тысяч. После налоговых вычетов я получил 140 тысяч. Мой приемный отец сразу же заставил меня положить 100 тысяч на счет в банк.

    Уже эти деньги заставили меня почувствовать себя богачом. Представьте себе, что я испытывал, когда подписал 5-летний контракт на 4,5 миллиона. И это было только начало. Игрок получает денежный чек дважды в месяц. Я помню, как поставил перед собой цель, чтобы сумма одного моего чека превышала 100 тысяч. И я добился этого в сезоне-2002/03, когда мой годовой оклад составлял 2,2 миллиона. Я мог обналичить чек на 102 тысячи.

    Конечно, я иногда задумывался, сколько же получают другие игроки команды. Однажды я пристал к Лидстрему: «Ник, покажи мне свой чек. Мне просто интересно посмотреть, как он выглядит».

    Лидстрем – прекрасный человек, поэтому он без всякой задней мысли исполнил мою просьбу. 425 тысяч долларов или что-то около того. Бешенные деньги. Но моя зарплата выглядит еще более сумасшедшей на этом фоне. Если кто и заслуживал таких больших денег, так это Николас Лидстрем.

    Когда речь доходила до денег, то я не умел заниматься планированием, как то делали Кирк Молтби или Крис Дрэйпер. Я жил сегодняшним днем. Я разбрасывался деньгами.

    Я любил оставлять на чай 50 процентов от суммы. Поэтому в любом ресторане передо мной расстилали красную ковровую дорожку. Я совершал бездумные покупки. Я мог делать ставки на аукционах просто потому, что у меня были деньги. Сами вещи мне были совершенно ненужны.

    Я оплатил колледж для сестры. Моя жена и мама покупали все, что они хотели. Я любил делиться.

    Когда в 2006 году было объявлено о моем банкротстве, то люди посчитали, что я «пронюхал и пропил» свое состояние. Но это не так.

    Я вижу четыре причины, почему я попал в такую ситуацию. Во-первых, локаут в сезоне-2004/05, во время которого я потерял около двух миллионов. Также я потерял деньги из-за неудачного вложения в земельный бизнес, раздал друзьям в долг где-то 490 тысяч и развелся с Черил.

    Когда в 2006-м «Детройт» выкупил мой контракт, я должен был получить 1,7 миллиона за сезон. В итоге, получил только две трети этих денег. Плюс налоги. Плюс 75 процентов этой суммы я должен был отдать Черил, по условиям нашего развода.

    В итоге, мои долги составили 6,2 миллиона. Стоит отметить, что из этих денег только 185 тысяч составляли долги казино. Я был желанным гостем в этих заведениях. Они всегда предлагали мне кредитные линии. Хочу сразу сказать, что я не был очень азартным игроком. Но проблема в том, что я позволял пользоваться этими линиями моим знакомым. Честно говоря, оглядываясь назад, мне даже повезло, ведь я мог оказаться должен игорному бизнесу гораздо больше.

    Как я уже упомянул, я потерял кругленькую сумму на неудачном вложении в земельный бизнес. Мой партнер приобрел 28 акров земли в Хартфорде, штат Мичиган. Он должен был развить этот участок, а потом мы поделили бы прибыль. Увы, этого так и не случилось.

    Я слишком доверчив. Это всегда негативно сказывалось, когда речь заходила о партнерстве. Я всегда верил людям на слово. Если мне говорили, что вернут деньги, то я соглашался помочь.

    Я волновался, как развивается наш проект. Но меня заверили, что все продвигается по плану. В итоге, я оказался банкротом. С момента провала проекта я видел своего партнера лишь раз. Это произошло на празднике в честь старта бейсбольного сезона в ресторане Криса Челиоса. Но он успел свалить через черный ход, и мы так и не смогли «поговорить».

    Повторюсь, азартные игры не стали главной причиной моего разорения. Самый мой большой проигрыш – 175 тысяч за вечер. С тех пор я больше сидел за игорными автоматами. Даже сейчас я иногда могу взять сотню баксов и просидеть за автоматом 3-4 часа. Но я уже не мечтаю сорвать банк, просто развлекаюсь.

    Играл я и в букмекерских конторах. Я мог легко сделать ставку в 5 тысяч долларов. В итоге, как-то я проиграл 60 тысяч за раз. С тех пор я забыл дорогу в букмекерские конторы.

    В 2003 году я стал играть профессионально в покер. Никогда не погружался в это дело основательно, но всегда получал удовольствие от игры. Мой самый большой выигрыш – 47 тысяч. Возможно, после всех травм мой мозг работает как-то иначе, но я неплохо читаю намерения других игроков.

    Конечно, процедура банкротства – унизительная штука. Ты полностью разорен, вся ситуация прорывается в прессу. Люди приходят на аукцион, чтобы скупить твое барахло. Обычно на такие аукционы приходят человек 50-100. Но перспектива заполучить добро профессионального атлета утроило эту цифру.

    В то время я был в Калгари, выступал за «Флэймс». Но мне рассказывали, что на аукцион даже пришел мужик в джерси «Детройта» и с моей фамилией на спине.

    Кто-то заплатил 175 долларов за мою кофе-машину. Поверить не могу, я заплатил за нее столько, когда покупал ее. Моя статуя Будды ушла за 450 долларов. Я никогда не был страстным коллекционером, поэтому не потерял много дорогих моему сердцу вещей. Самым тяжелым было расставание с двумя мотоциклами. Мой любимый «железный конь» был продан за 9 тысяч 300 долларов. Самое интересное, что через несколько лет человек, который и купил его, просто подарил мне тот «Харлей».

    Я очень рад, что мои чемпионские перстни за 1997, 1998 и 2002 года не попали в руки коллекционеров. Моя первая жена – Черил – договорилась с кредиторами и приобрела их, чтобы их могли носить мои дети. У меня же сейчас есть только перстень за 2008 год. Ведь я выиграл его уже после того, как меня объявили банкротом.

    Оглядываясь назад, я понимаю, что не был так богат, как думал. Я получал миллион долларов. 37 процентов забирали налоги, 3 процента отходили агенту. Но я все равно неверно распоряжался своими деньгами. Купил слишком большой дом. Покупал слишком много автомобилей. Не забывайте, что около 400 тысяч я потратил на рок-группу. А вся прибыль от концертов шла на благотворительность и развлечения.

    Все думают, что, получив большие деньги, смогут распорядиться ими с умом. Но взгляните на судьбы людей, выигравших в лотерею. Деньги быстро приходят и еще быстрее уходят.

    Я не имел возможности восстановить свое материальное положение. На момент разорения мне было 33 года. За два сезона в «Калгари» я заработал 1,6 миллиона долларов. По итогам бракоразводного процесса я должен был отдавать своей экс-жене – Черил – 75 процентов моей зарплаты до того момента, как выйду на пенсию. Не забывайте про налоги. В итоги, мне остались крохи.

    Я не помню, сколько именно денег было на моем счету, когда я повесил коньки на гвоздь. Где-то около 5 тысяч долларов. Но у меня все еще были обязанности перед семьей, да и самому надо же жить на что-то.

    Я работал в качестве хоккейного эксперта на канале Versus 18 месяцев. На телевидение платили хорошо, это держало меня на плаву. Но NBC поглотила канал и мой босс потерял работу. Это означало, что и его команда ушла.

    На данный момент мы живем на зарплату моей жены и мою пенсию. Но, как бы удивительно это не звучало, я чувствую себя более счастливым, чем во времена, когда я был миллионером.

    Вот история моего финансового падения. Если вы хотели услышать истории о миллионных проигрышах за столом казино, то прошу прощения за то, что разочаровал вас. Я любил азартные игры, но никогда не сходил с ума. И я могу заверить, что никогда не делал ставки на хоккейные матчи. Мне такое и в голову прийти не могло.

    Если говорить о наркотиках, то я всегда предпочитал марихуану. К тому же у меня всегда были друзья, которые готовы были снабдить меня всем необходимым абсолютно бесплатно.

    Если бы у меня была возможность поговорить с молодым игроком, то я бы сказал ему, что не стоит безудержно тратить деньги. Не стоит думать, что ты обеспечен до конца жизни. Не покупай больше, чем тебе нужно. Купи нормальную машину, не покупай царские хоромы, а просто то пространство, что понадобится тебе и твоей семье. А главное, не позволяй другим людям лезть в твой кошелек. Научись говорить «нет».

    #7751

    Taf
    Участник

    Даррен Маккарти. Глава XIV

    null

    Вы никогда не услышите, чтобы я винил хоккей в своих бедах. Я никогда не скажу, что к алкоголю и наркотикам меня подтолкнула игра.

    В 1996 году я впервые признал свои проблемы. В тот момент мой приемный отец боролся с миеломой. Я помню, как он сказал мне: «Нас обоих поразил недуг. Давай обопремся друг на друга и будем бороться вместе. Возможно, мы сможем помочь друг другу преодолеть черную полосу».

    Впервые я осознал, что меня поразил недуг. И такое может случиться с любым человеком. Пожарник, адвокат, хоккеист – все могут столкнуться с этим.

    Сейчас очень много говорят о здоровье профессиональных спортсменов. Конечно, приходилось задумываться о том, как на моем здоровье отразилась хоккейная карьера тафгая. За короткий период времени из жизни ушли сразу несколько энфорсеров: Дерек Бугаард, Уэйд Белак, Марк Потвин и Рик Райпьен. Это наводит на неприятные мысли.

    Бугаард скончался в возрасте 28 лет из-за передозировки наркотиками. Ученые Бостонского Университета изучили его мозг и выяснили, что Бугаард страдал энцефалопатией. У него произошли необратимые изменения в голове.

    Белаку было 35, а Райпьену только 27, когда они свели счеты с жизнью. Рик годами боролся с депрессией. Белак также боролся с этой проблемой.

    Боб Проберт скончался от сердечного приступа. Но врачи также диагностировали у него серьезные повреждения мозга.

    Эти исследования не удивляют меня. Я уже давно чувствую, что моя голова пострадала за время профессиональной карьеры. Я чувствую, что мой мозг работает неверно. Не могу объяснить это, но просто знаю, что что-то не так.

    Конечно, мои зависимости также сыграли свою негативную роль. Однако невозможно отрицать, что постоянные травмы головы не приводят ни к чему хорошему. На моем счету набралось 184 боя. Это если не учитывать драки в предсезонных матчах.

    Никогда за мою карьеру мне не диагностировали сотрясение, полученное во время боя. Лишь однажды врач сказал, что у меня сотрясения. В матче с «Филадедльфией» Гэри Гэлли приложил меня о борт. В драке же я получил лишь одну серьезную травму. В бою с Марком Тинорди я порвал сухожилия.

    За последние годы внимание к здоровью спортсменов стало гораздо пристальнее. НХЛ очень обеспокоена травмами головы. Врачи качественнее и внимательнее следят за игроками, проводят обследования. Теперь нужно пройти обязательные протоколы и тесты, чтобы тебя допустили к игре.

    Я иногда задаюсь вопросом, а какой вред моему мозгу нанесла моя карьера? Пока что я не уверен в точном ответе. Но можно с уверенностью сказать, что я вхожу в группу риска.

    Тафгай Марк Потвин, с которым я успел поиграть за «Адирондак», покончил жизнь самоубийством практически сразу после завершения карьеры. Это новость потрясла меня. Он был моим наставником. Он был одним из тех ветеранов, что научили меня правилам хоккейного мира. Я не мог понять, как он дошел до точки. Потвин, которого я знал, не наложил бы на себя руки.

    Но сейчас я гораздо лучше понимаю, что такое депрессия и как она истощает. Есть ли связь между появлением депрессии и травмами головы? Не знаю. Но здравый смысл подсказывает, что такая закономерность вполне может быть.

    Все тафгаи занимаются самоврачеванием. Когда ты постоянно дерешься на уровне НХЛ, то будешь искать способы заглушить постоянную боль. Алкоголь приходит первым на ум, хотя это неверный ответ. Ты постоянно живешь в тревоге, находишься в постоянном состоянии стресса. Каждая новая игра может сулить тебе новую битву. Представьте, что вы ходите на работу и каждый день думаете о том, что сегодня вам будут накладывать швы на лицо, что вы получите сотрясение, что вам сломают руки или нос. К тому же ты должен драться в нужный момент. Ведь, если бой начнется в неудачное время, ты выведешь тренера из себя и он обрушится на тебя с обвинениями.

    За всю карьеру ни один тренер не приказывал мне драться. Но я всегда знал, когда настал момент сбросить перчатки. Но некоторые бойцы не могут уловить этот момент. Это приводит к еще большему стрессу.

    Есть еще один очень важный аспект игры, о котором знаю не все фанаты. Это кодекс, определенный свод правил тафгаев.

    Иногда тебе приходится соглашаться на бой, так как парню нужен шанс, чтобы доказать свою необходимость команде. Именно это произошло со мной и Полом Крузом. Мы играли против «Калгари». У меня был жесткий отходняк – мы с Полом Коффи и Шелдоном Кеннеди здорово отдохнули прошлым вечером. Я мог играть, но был не в настроении драться. Круз подъехал ко мне и сказал: «Я стараюсь сохранить место в составе. Может, мы сможем потолкаться?» — «Да, без проблем». Пока мой мозг осознал, что я согласился на драку, Круз отвесил мне пять увесистых оплеух. Помню, как до меня дошло: «Блять, мы же деремся!» В настолько я был плохом состоянии.

    Отдельно хочу сказать о антинаркотической политики НХЛ. Я считаю, что лига проводит отличную работу. Врачи и вся программа в целом направлена только на благо спортсменов. Иногда они приходят на помощь даже раньше, чем до человека доходит само осознание проблемы.

    У меня есть только одно возражение. Лига отказывается легализовать выдачу рецептов на некоторые средства. Такие, к примеру, как «Аддералл». Это средство в свое время мне очень помогло. Проблема в том, что в состав входят амфетамин и декстроамфетамин. Эти вещества стимулируют работу центральной нервной системы. Считается, что это дает преимущество атлету, поэтому они запрещены для употребления. Я считаю аморальным запрещать принимать лекарства, которые тебе прописывает дипломированный специалист.

    Когда меня лишили «Адералла», у меня возникла острая потребность в марихуане. Она снимала стресс. Я лучше контролировал себя. К тому же марихуана не входит в число запрещенных «препаратов», так как не дает спортсмену никакого преимущества.

    Признаюсь, я провалил много тестов на наркотики. Дошло до того, что я использовал искусственный пенис, чтобы обмануть систему. Обычный резиновый муляж, который наполняется искусственным «содержимым». Но меня поймали, хотя в прессе эта ситуация не афишировалось. Вышло так, что искусственная урина испортила машину для анализа. Меня оштрафовали на 20 тысяч долларов. Однако меня никогда не обвиняли, что употребляю вещества, которые можно назвать допингом. В конце концов, я перестал обращать внимание на тесты.

    Сейчас мне 40 лет. И я чувствую, что карьера тафгая НХЛ не прошла для моего тела бесследно. Это проявляется с годами. Мой организм стонет каждый вечер. Непрекращающаяся боль. Но я отказываюсь от болеутоляющих. Разве что только те, которые можно купить в любой аптеке и которые не требуют специального рецепта: «Ибупрофен», «Тайленол».

    Поймите, что подсесть на болеутоляющие крайне легко. Я и так борюсь с алкогольной зависимостью. Мне не нужна еще одна.

    Я уверен, что Райпьен, Белак, Бугаард – все пытались найти облегчение своих страданий. Я видел, через что проходил Боб Проберт. Опиоиды.

    «Викодин», «Оксикодон» — все эти вещества вызывают быстрое привыкание. Как много спортсменов погибло из-за передозировки? А они ведь просто занимались самолечением. Я не хочу, чтобы это повторилось со мной. Именно поэтому я избегаю таблеток.

    Плохо, что профессиональные спортсмены не имеют медицинской страховки после завершения карьеры.

    У некоторых даже нет денег, чтобы купить страховку. Я объяснил, почему у меня нет денег. В этом могу винить только себя. Но есть огромное количество спортсменов, которые не были звездами, которые не могли зарабатывать миллионы. И вот теперь им за 30 лет и они не знают, как жить дальше. Ты начинаешь все с нуля, когда большинство людей твоего возраста уже сделали карьеру. А у тебя нет ни опыта работы, ни навыков.

    Теперь возьмем тех, как и я, кто испытывает серьезные проблемы со здоровьем. Моя нынешняя жена, Шерил, медсестра, и она доходчиво объяснила, какой вред моей печени нанес алкоголь и наркотики. И она заставила меня поклясться, что я более не притронусь к сильным наркотикам.

    Да, я курю марихуану. К счастью, она легализована в Мичигане. Это помогает мне.

    Долгое время у меня кошмарно болела спина и плечи. Я не мог спать. Постоянно консультировался с докторами «Детройта», который помогали мне абсолютно бесплатно. Они посоветовали мне сделать операцию. Но сначала, по совету жены, я обратился к хиропрактику. Это действительно помогло, но я все равно разбит.

    Сложно описать, какие боли я испытывал. Мне всего выворачивало наизнанку. Как-то мне делали рентген. Повернув плечо, я почувствовал такую боль, что меня вырвало. Медицинские работники были поражены.

    Это произошло летом 2012 года. Несмотря на жуткую боль в плече и спине, я принял участие в благотворительном гольф-турнире в Мичигане. Однако по ходу игры я почувствовал себя неважно и попросил Шерил забрать меня пораньше. Она стразу поняла, что дела плохи. Она связалась с докторами и попросила приготовить для меня палату. Мы поехали прямиком в больницу.

    Врачи сразу же измерили мое давление -178 на 128. Врачи испугались, что у меня был сердечный приступ, но тесты показали, что этого не произошло. Так на мне сказался испытанный болевой шок. Это не просто боль. Это боль, которая ставит тебя на колени.

    В конце концов, Шерил убедила меня сходить к хиропрактику. Доктор Дэн Уайлд. Шерил ходила к нему с 15 лет. Это известный и уважаемый специалист в среде хиропрактики.

    Он осматривал меня 10 минут. В какой-то момент он остановился и с казал: «А, вот и наша проблема». У меня был искривлен позвоночник и защемлены нервы. Он произвел какие-то манипуляции с моей головой и спиной и, впервые за долгое время, боль ушла. Врач сказал: «Даррен, можешь вставать». Но я боялся пошевелиться. Я наслаждался ощущением того, что боль ушла. А вдруг я встану и она вернется?

    С тех пор я постоянно посещаю доктора Уайлда. Мне не требуется операций, мне даже не делают рентген.

    Хотя я не могу сказать, что все мои проблемы со здоровье решились. Левая рука, которой я избивал Клода Лемье и с которой познакомились многие другие тафги НХЛ, не поднимается выше плеча. Врачи установили, что у меня артрит. У меня было слишком много вывихов плеча за время карьеры. Так что я не могу оперировать своей левой стороной на 100 процентов.

    Поврежденный позвоночник постоянно дает о себе знать. «Кортизон», «Торадол» – все это дает минимальное облегчение. Иногда я на протяжении 6-8 недель сплю каждую ночь в кресле, так как только в таком положении я могу комфортно себя чувствовать и спокойно заснуть.

    Мои руки так изранены и искривлены, что даже не похожи на человеческие.

    Я могу угадывать погоду, лучше многих метеорологов. Когда мои руки ноют больше обычного, то я знаю, что будет дождь. Врачи заявили, что мне потребуется серьезная операция, чтобы выправить пальцы через несколько лет.

    Каждый шрам на моем теле имеет свою историю. Вот две маленькие дырочки на пальце. Из них годы назад я вынул два зуба Марка Тинорди после одной из наших драк. В том бою у меня произошел разрыв артерии, потребовалась операция.

    Мое лицо испещрено мелкими шрамами, напоминающими о прошлом. Я ломал нос 7 раз. Он искривлен, словно у героя какого-нибудь мультфильма. Когда я достаю свою жену, то она любит шутить: «Если будешь дальше мне докучать, то я вмиг его тебе выправлю».

    Первый зуб я потерял в девять лет. В Вудсли у нас был бассейн. И как-то раз я с разбега решил прыгнуть в него. Увы, но приземление вышло не лучшим. Я налетел лицом на бабушкину голову. Так я и потерял свой первый зуб.

    В сезоне-2000/01 защитник «Блюз» Александр Хаванов немного разнервничался, когда я хотел привести против него силовой прием, поэтому выставил клюшку, чтобы защитить себя. Мне потребовалось посетить дантиста после этого. Потом еще раз. И еще. И еще. В конце концов, я решил, что с меня хватит: «Вставлю новый, когда завершу карьеру», — объявил я партнерам.

    Повторюсь, я не жалею о своей карьере и не виню ее в своих бедах. Люди часто спрашивают, кем я вижу себя, если бы не стал спортсменом. Был бы я здоровее? Честно говоря, я считаю, что, если бы в моей жизни не было спорта, то, наверное, к этому времени я был бы уже мертв.

    НХЛ все-таки держала меня в каких-то рамках. На кону было слишком много денег, и я не мог себе позволить окончательно слететь с катушек. Я не хотел потерять свою работу.

    Также мы были настоящей командой. И партнеры всегда приглядывали за мной. Они пытались убедить меня притормозить. Несмотря на дикий образ жизни, у меня были грани. И эти грани я не собирался переступать.

    #7752

    Taf
    Участник

    Даррен Маккарти. Глава XV

    null

    У меня сложился определенный имидж, поэтому люди готовы поверить в любую небылицу обо мне. Иногда мы с Шерил пользуемся этим и сами выдумываем истории о моем сумасшедшем образе жизни. Нас так часто спрашивали, как мы познакомились, что мы стали выдумывать разные истории. Ведь люди хотят услышать что-нибудь «жаренькое». Чего мы только не придумывали: что Шерил была стриптизершей, что она была девочкой по вызову, что это была любовь с первого взгляда, что мы встретились на заседаниях анонимных алкоголиков…

    Мы познакомились в 2010 году. Годом ранее я объявил о завершении карьеры, и моя жизнь вновь покатилась под откос. В сезоне-2008/09 я хотел принести команде больше пользы, но вмешались травмы, в результате чего я провел только 13 игр. «Ред Уингс» вновь добрались до финала, но в плей-офф я участия уже не принимал. После того, как я повесил коньки на гвоздь, моя жизнь превратилась в круглосуточные тусовки. Я просыпался в обед, тащился в бар и сидел там до закрытия, после чего вся компания переезжала ко мне домой. Не обходилось и без, как я их называл, «полуночных подруг». И так день за днем. Словно я стал героем фильма «День сурка». Только в моем случае это была совсем не комедия.

    Меня окружали подозрительные люди, низкопробные компании. Включая и наркодилеров, барыг. Один из них со своей женой присматривали за мной. Я никогда не понимал их отношений, но они были фанатами «Ред Уингс» и следили за мной: убирали в доме, следили за порядком и постоянно подгоняли мне все необходимое. В то время я пристрастился к экстази. Его жена забирала меня из бара, приводила ко мне распутных баб… В конце концов, я стал им полностью доверять. Я выдал им свою кредитную карточку и попросил оплачивать мои счета. Они же, конечно, покупали на мои деньги все необходимое для себя. Я сам дал им себя ограбить. Но тогда я этого не понимал, так как был постоянно под кайфом.

    Я был в дерьме по уши, и именно в этот момент мне предстояло встретить женщину всей моей жизни.

    Но сначала я познакомился с парнем по имени Барт. Занятно, что Барт не интересуется спортом, поэтому его не интересовал Даррен Маккарти как бывший игрок «Детройта». Ему было плевать на хоккей, ему просто нравилось общаться со мной. Никакой выгоды, просто два мужчины быстро нашли общий язык.

    Так вот, как-то он пригласил меня на большой ирландский фестиваль в городе Клэр, штат Мичиган. 12 марта 2010 года я, Барт и два его друга (обоих звали Марк) запрыгнули в минивэн и отправились в путь. Приехав в Клэр, мы отправились в отель. И первой, кого я увидел в лобби гостиницы, была красивая, высокая и стройная женщина. Пышные черные волосы, карие глаза… Правда, она даже не бросила в нашу сторону и взгляда, поэтому я спросил Барта: «Кто эта красотка?». «Ты имеешь в виду Шерил? Это моя жена», – ответил Барт.

    Моя челюсть просто отвисла от удивления. Рост Барта сантиметров 165, а этой девушки – все 180. Я не могу поверить, что они пара. «Ты мечтаешь, чтобы она стала твоей женой. Такое возможно только в твоих снах», – посмеялся я. Барт подтвердил, что они не женаты, но знакомы. «Она не замужем. Она вообще терпеть не может мужиков. Она неприступна. Даже не пытайся», – заключил он.

    Говоря, что эта девушка «неприступна», Барт только подогревал мой интерес. «Вызов принят!» – решился я. Он только посмеялся в ответ, не поверив в серьезность моих слов. Я стал расспрашивать Барта о подробностях. Выяснилось, что Шерил в разводе уже 11 лет и у нее пять бешенных братьев, одного из которых зовут «Рой себе могилу» Дэйв. С каждой новой подробностью мне становилось все интереснее.

    Барт обратил внимание Шерил на нас и предложил пойти в номер, чтобы сбежать от толпы. Только намного позже я узнал, что Шерил тоже сразу обратила на меня свое внимание. В конце концов, в их городке не так много таких здоровяков, как я.

    В итоге Шерил приняла наше приглашение, и мы всей толпой поднялись наверх. Она не притрагивалась к алкоголю и только наблюдала за всеми из кресла. У меня было время хорошенько ее разглядеть. Что сказать, она была восхитительна. Так прошел первый час нашего знакомства. Когда кто-то из охраны постучал в дверь, я почуял, что это мой шанс. Я вскочил и проорал, указывая на Шерил: «Барт, ты и она, быстро в ванную. Я не хочу, чтобы охрана видела меня здесь. Мне не нужны новые истории!». Шерил была, мягко говоря, удивлена, но проследовала за нами.

    Мы просидели в ванной больше часа. Но первая моя попытка начать флиртовать разбилась в мгновение. «Давай сразу все проясним. Я не намерена заводить ни с кем отношений. И не собираюсь выходить замуж. Эта страница уже перевернута», – заявила Шерил. Она думала, что сможет этим отпугнуть меня. Наоборот, я влюбился. Это мой тип женщин.

    Я прекратил свои жалкие попытки флирта и стал расспрашивать о ее прошлом. Он росла на ферме, у нее пять братьев и сестер. Она умеет стрелять из лука. Любит кантри и рок-н-ролл. К спорту она равнодушна, поэтому понятия не имеет, кто я такой. Я так заслушался ее, что не замечал, как летит время. Мне не хотелось отпускать ее. Я боялся той минуты, когда она уйдет.

    Вечером мы планировали пойти в бар. Я рассчитывал не отходить от Шерил ни на шаг. К сожалению, в толпе оказались болельщики «Детройта», которые, конечно, меня узнали. Шерил была удивлена происходящим, но одновременно и заинтересована. Позже Шерил сообщила мне, что она разочарована тем, что я не был честен с ней до конца и не рассказал о своей профессии сразу. Тогда я впервые узнал, насколько честность важна для нее в отношениях.

    Весь тот вечер я таскался за ней хвостом, и я хотел только одного – быть с ней рядом. В 5 утра она, наконец, сказала, что ей нужно пойти поспать, так как в 8 утра ей нужно быть в автобусе. Я заявил, что буду ждать ее у дверей. «Ага, конечно», – ухмыльнулась она.

    Конечно! Я не сомкнул глаз. Я слишком нервничал, что могу упустить ее. И, когда она подходила к автобусу, то первым встретил ее именно я. Не сказать, что ее лицо излучало счастье в этот момент. По ее глазам можно было прочесть: «Неужели он опять будет таскаться за мной весь день?». Черт возьми, да! Я не отходил от нее до того момента, когда она заявила, что ей пора домой. По моим подсчетам, мы успели провести вместе 43 часа, и все это время я безуспешно пытался получить ее номер телефона. Наконец, в пять утра мы расстались. Я боялся, что больше никогда ее не увижу.

    Однако я не собирался опускать руки. Вернувшись в номер, я первым делом связался с Бартом, и с его помощью нашел аккаунт Шерил на Facebook. «Ты будешь со мной дружить». – написал я. «Конечно, чудак. – ответила она. – Очевидно, ты так и не нашел листочек с моим номером, который я положила в карман твоей куртки».

    Я многого добился в своей жизни своим трудом. Но никогда я не прикладывал больших усилий, чем в то время, когда я пытался заполучить ее номер.

    Мы стали общаться ежедневно. Ей было интересно со мной, но ее совершенно не интересовал мой образ жизни. Шерил готова простить любой проступок, если человек честен с ней. Относись у другим так, как ты хочешь, чтобы относились к тебе. Если ты не будешь с ней честен – значит, ты не доверяешь ей, не уважаешь ее. Она может простить поступок, но не обман. Поверьте, Шерил живет по этим заповедям. Она знает о всех моих проступках и ошибках: алкоголь, наркотики, женщины. Но она не порицала меня, она приняла меня таким.

    Шерил никогда не пыталась переделать меня. Она стала первой женщиной, ради которой я сам захотел измениться. В самые тяжелые периоды она была рядом, всегда поддерживала меня.

    Наши отношения развивались. Я постоянно просил ее подумать о более серьезных отношениях, но она отвечала: «Даррен, ты еще не готов». Действительно, мне нужно было разобраться со многими проблемами. Не могу сказать, что все ушло успешно. Я продолжал тусоваться, встречаться с женщинами. Моя голова и сердце хотели быть рядом с Шерил, но у моего члена был другой взгляд на вещи. Если бы я знал, как некоторые из этих людей будут портить нам жизнь в будущем, то я бы «угостил» их, как Клода Лемье в свое время.

    В сентябре 2010-го я должен был лететь в Аспен на турнир ветеранов. Я хотел взять с собой Шерил. К тому моменту мы уже «дружили» шесть месяцев. Шерил до сих пор не решила, в каком направлении будут развиваться наши отношения, так что она не сразу приняла мое приглашение. За день до отлета Шерил позвонила своему бывшему мужу и предупредила его, что ему не нужно оставаться с детьми, так как они улетают. Этот звонок изменил всю мою жизнь. Роб, так звали ее бывшего мужа, сказал: «Ты должна перестать отталкивать от себя мужчин. Ты заслужила право на счастье». Это стало поворотным моментом в наших отношениях с Шерил. Как и все то путешествие в Аспен – из него мы вернулись настоящей парой.

    Наши отношения сложились, так как Шерил никогда не пыталась изменить меня. Она хотела лишь помочь мне. Она спустилась в ад ради меня и озарила мою жизнь своим светом. Она всегда поддерживала меня в борьбе с моими демонами.

    Простой пример. Как-то Шерил приехала ко мне домой после работы, и обнаружила меня в комнате с подозрительными личностями, сидящими у стола с горкой кокса. «Наверное, я зайду позже», – завила она. Я схватил ее и взмолился: «Не уходи. Я считал часы до твоего прихода». Я знал, что нуждаюсь в ней. Я не хотел вновь все просрать.

    «Даррен, я никогда не буду указывать тебе, что делать. Я не буду учить тебя жить. Но я могу сказать, рядом с кем я не смогу находиться. Выбор за тобой», – заявила Шерил. Она не успела закрыть за собой дверь, как вся моя «компания» пронеслась мимо нее на скорости 100 миль в час. Ни один из этих людей больше не появлялся в моей жизни.

    Шерил была рядом, когда другие бы сбежали. Она помогла мне найти путь в жизни. Она смогла приручить зверя под номером 25.

    С ней я вернулся в русло нормальной жизни. Когда мы начали встречаться, то я даже не был разведен официально с Анной, так как я не подписал бумаги на развод. Понятия не имел, что все еще женат! Мое водительское удостоверение давно истекло, многие бумаги и счета просрочены…

    Шерил стала для меня в реальной жизни тем, кем я был на ледовой площадке – защитником. Она ведет вместе со мной мою борьбу с алкоголизмом. День и ночь. Я зачастую поражаюсь, как она может так любить меня. Однажды я открыто задал ей этот вопрос. «Стала бы я оценивать, как ты пытаешься побороть, к примеру, рак? Нет. Я была бы рядом с тобой, и мы бы победили этот недуг. Также как мы победим твой алкоголизм!» – ответила она.

    Шерил любит Даррена, а не бывшего игрока НХЛ Даррена Маккарти. Мы поженились в 2012 году, на следующий день после того, как мне исполнилось 40 лет. Это был лучший подарок в моей жизни.

    #7753

    Taf
    Участник

    Даррен Маккарти. Глава XVI

    null

    Для порядочного человека моногамия – это нормальное состояние. Однако я не могу отнести профессиональных спортсменов к этой категории людей.

    Я не пытаюсь искать оправданий своим поступкам, я просто хочу быть честным с вами. Пишу эту главу с тяжелым сердцем, так как предстоит обсудить не самые приятные вещи. Однако я и так старался рассказывать о своей жизни без купюр, не стану что-то менять и сейчас.

    Я быстро узнал, что некоторые женщины просто помешаны на том, чтобы заарканить профессионального спортсмена. Мое мнение подтверждают многие люди из мира спорта, с которыми мне довелось общаться.

    Считаю, что нынешнее поколение хоккеистов честнее в отношении со своими женами или подругами. Возможно, они научились на ошибках моего поколения. Они поняли, что за свои ошибки придется заплатить немалую цену. Мир изменился. Хотя я не говорю, что нынешние спортсмены безгрешны или что все игроки моего поколения ходили налево. Даже в мое время большинство мужчин были честными в своих отношениях. К сожалению, я не относился к этому числу.

    Я полностью признаю свою вину. Я потерял девственность в 16 лет. Это случилось, когда я играл за «Питерборо». Ее звали Ким, ей был 21 год. Я понятия не имел, что делать, но процесс мне понравился. Это открыло ящик Пандоры.

    С тех пор о моей верности не приходилось говорить. В 1992 году я стал встречаться с Черил, которая в будущем стала моей первой женой. Но даже в тот период я постоянно изменял ей. Когда я, наконец, стал игроком НХЛ, то мои возможности многократно выросли. Если вы почитаете узы брака, как я сейчас, то вам не понравятся эти истории, но я хочу быть честен. Возможно, кого-то этот рассказ убережет от будущих ошибок.

    Для меня в то время брак не был романтикой. Это было деловое партнерство. Обсуждение планов, счетов и логистики решений. Потом появились дети, и это сделало партнерство крепче. Не стоит думать, что я не любил своих детей, но я вел двойную жизнь. Дома все знали одного Даррена. За дверью я становился совершенно другим. Там меня ждала жизнь полная веселья: бесконечная выпивка, деньги и женщины.

    Женщины, с которыми я встречался, были жалки. Им можно дать определение «падшие». Каждый день на «Джо Луис Арену» приходили девушки, которые хотели затащить Даррена Маккарти в кровать. Все знали мой образ жизни и где меня можно найти, так что им не составляло труда отыскать меня. Для них я был желанной добычей: богатый, сильный, профессиональный атлет в расцвете карьеры. Женщинам нравится это.

    Где я только не трахался: ванны, душевые, раздевалки, барные стойки, машины… Список можно продолжать и продолжать. Не скрою, это было прикольно. Я чувствовал себя королем мира.

    Мои партнеры по «Детройту» никогда не были посвящены во все происходящее. Очередной выезд. Я просто мог бросить багаж в номер, и ДиМак растворялся в ночи. Крису Дрэйперу всегда не нравилось, что у меня, так сказать, две группы друзей. Он считал, что другая компания принесет мне вред. Конечно, он был прав, но кто его слушал? Я жил по своим правилам.

    В скольких стрип-барах я побывал! И не сосчитать. Я мог прийти туда в час ночи и просидеть до семи утра, пока на работу не выходила новая смена. Потом я приглашал парочку девок к себе в номер. Стриптизерши редко говорят «нет».

    В 2001 или 2002 году мои походы по стрип-барам завершились. Наконец мне преподали урок: одна из стриптизерш заявила, что я избил ее, и пообещала подать в суд и рассказать все моей жене. Однако если я соглашусь выплатить ей энную сумму денег, то она оставит меня в покое. К счастью, ее отпугнула перспектива пройти проверку на детекторе лжи, но с тех пор я обхожу стрип-клубы за километр.

    Мне даже думать стыдно о том, что я делал в те времена. Но тогда мне было просто плевать.

    Забавно, что периодически мне доводится встречаться с женщинами из своей прошлой жизни. Большинство таких встреч проходит вполне мирно и дружелюбно. Зачастую при них присутствует и Шерил. И должно произойти что-то действительно серьезное, чтобы она начала как-то негативно реагировать.

    К примеру, как-то одна женщина пробилась ко мне сквозь толпу во время моей автограф-сессии и стала откровенно домогаться меня. Он схватила мою руку и пыталась засунуть ее себе в штаны. Я смог вырваться из ее объятий и проорал: «Пошла на*уй отсюда!». Шерил отреагировала более спокойно. Она подошла к женщине и сказала: «Вам должно быть стыдно, это выглядит просто жалко. Имейте хоть каплю уважения к себе».

    В другой раз я раздавал автографы в одном из баров. Людей набилось прилично, и Шерил вместе с двумя моими друзьями исполняла роль секьюрити. В один момент ко мне подошла молодая девушка и стала тереться о мою ногу, шепча на ухо всякие непристойности. Я указал ей на Шерил и объяснил, что я уже занят. Но она не унималась: «К черту твою жену, мне плевать!». Моим друзьям пришлось просто оттаскивать ее от меня. Однако эта дурочка вернулась. Я обратился к Шерил: «Если ты не сможешь разобраться с этим, то мне придется взять дело в свои руки». Шерил сказала ей: «Дорогуша, имей совесть. Люди выстроились в очередь, чтобы встретиться с Дарреном, а ты только унижаешь себя». Но эта долбанутая сучка только проорала в ответ: «Иди на*уй!». Шерил только ухмыльнулась в ответ: «Это последнее предупреждение. Пошла прочь и больше не возвращайся. Твое время прошло».

    В конце концов вмешались знакомые этой сумасшедшей и отвели ее в угол. Однако через 20 секунд она вновь оказалась рядом со мной. Мои друзья только успели прокричать: «Даррен, оглянись! СМОТРИ!». Шерил вцепилась этой сучке в горло и оторвала ее от земли, швырнув затем через весь бар. Один парень пытался атаковать Шерил, но я был уже рядом и успел схватить его. Пришлось вышвырнуть всю эту шоблу из бара.

    Некоторые люди просто не знают чувства меры. Как-то одна дамочка подошла к нам в ресторане во время ужина и просто схватила меня за волосы. Затем она пошла прочь. Но она не успела уйти далеко – Шерил догнала ее и заставила извиниться. Она объяснила, что либо женщина сама вернется и попросит прощения, либо она притащит ее к нашему столику за волосы.

    Честно говоря, меня поражает, как девушки попадались на все то, что я говорил им. Гораздо сложнее было избавиться от них, чем познакомиться. Моя любимая фраза была: «Ты слишком хороша для меня. Я не имею права втягивать тебе во все это. Это было бы нечестно по отношению к тебе». Это часто срабатывало, так как заставляло их чувствовать себя стоящими. Я не говорю, что это был честный выход. Но метод был действенным.

    Чем больше Шерил узнавала о моем прошлом, тем больше она поражалась: «Дорогой, ты конечно прекрасен и все такое… Но, черт возьми, ты не так хорош. Бедные и отчаянные женщины».

    Но, как вы узнаете дальше, эти люди далеко не всегда так безобидны. Ошибки прошлого рано или поздно напомнят о себе. Иногда они бьют по людям, которых ты любишь.

    #7754

    Taf
    Участник

    Даррен Маккарти. Глава XVII — заключительная

    null

    Все хотят дружить с Дарреном Маккарти – бывшим героем «Детройт Ред Уингс», но никто не хочет общаться с Дарреном – наркоманом и алкоголиком.

    К сожалению, люди, которые раньше были близки мне, теперь не хотят иметь со мной дела. Фанаты всегда рады пожать мне руку, но некоторые из моих бывших знакомых руки мне не подадут. Некоторые говорят, что не могут находиться рядом из-за моего пьянства. Но были бы они терпимее, если бы я все еще зарабатывал миллионы? Я считаю, что если ты был рядом со мной, держа Кубок Стэнли, то ты должен быть рядом и тогда, когда я пересчитываю гроши, чтобы оплатить квитанции.

    Я часто вспоминаю своего приемного отца, Крэйга. Если бы он до сих пор был жив… Он бы не позволил всей этой ситуации зайти так далеко. Его смерть изменила мою жизнь. Мой дедушка и Крэйг были единственными людьми, к которым я прислушивался. И оба ушли так рано… Эти два мужчины могли направить меня в нужном направлении, держать меня в рамках. После смерти Джигса и Крэйга в моей семье остались только женщины, которые пытались учить меня жить. Мне же нужен был мужской пример для подражания.

    Не стоит думать, что вы знаете меня, если вы изучили мою статистику в НХЛ. Нельзя оценивать человека по цифрам в статистике. Гораздо лучше обо мне расскажут мои татуировки.

    Я считаю, что тату – это способ самовыражения. Как музыка, песни, поэзия. Первую татуировку я сделал в 1994 году. Мне нарисовали буквы HD (в честь Harley Davidson). Однако остальные мои татуировки более личные. На левой руке у меня изображен крест на цепочке в память о Крэйге, Джигсе и моем близком друге Джеймсе Андерсе.

    На правой руке у меня изображен древний зверь, похожий на грифона. Я набил его в честь рождения моего сына – Гриффина. Вас, возможно, удивит, что на моем теле нет татуировок, посвященных моим победам в Кубке Стэнли. Все потому, что эти титулы, как бы они не были дороги мне, не олицетворяют меня как человека.

    Я хочу в будущем сделать новые татуировки. Хотел бы набить красивые цветы в честь моих дочерей. На левую руку хочу сделать лапу – в напоминание о любимых домашних животных. Хотел сделать отдельную татуировку, посвященную Шерил, но она отговорила меня от этого, так как считает тату плохой приметой для отношений. У меня есть определенные задумки, но пока они не сформировались до конца.

    Многие считают, что я стал меняться под влиянием Шерил. Но моя жена ничего не требовала. Я сам был готов измениться. Я хотел начать новую жизнь с Шерил. Прошлый образ жизни вымотал меня. Несмотря на то, что я был постоянно окружен людьми, я чувствовал себя одиноким, так как понимал, что никто из этого окружения не будет рядом со мной долгое время.

    К сожалению, тени прошлого не отпускают меня. И что еще страшнее, они хотят причинить вред Шерил. Особенно в этом преуспели две официантки, с которыми я когда-то встречался. Они объединили свои усилия и начали серьезно доставать нас.

    Они стали вываливать через интернет на меня и Шерил горы помоев. Якобы я торговал наркотиками. Якобы Шерил воровала препараты из больницы, в которой работает, чтобы я потом мог перепродать их торчкам. Их сообщения были полны злобы и лжи.

    Сначала Шерил попыталась дать им отпор, но они только усилили свой натиск. Затем мы пытались игнорировать их, но и это не помогло. К счастью, эти дамочки не отличались особой сообразительностью. Они обсуждали все свои планы в интернете, поэтому к нам на руки попала их переписка.

    Они пытались обвинить Шерил в том, что она разбила окно в их автомобиле, но нам удалось доказать, что Шерил в то время даже не было в городе. Мы постоянно получали сообщения с угрозами, но ситуация совсем вышла из-под контроля, когда один из наших знакомых показал нам их переписку на Facebook. Они говорили, что «необходимо позаботиться» о Шерил.

    Для меня это стало последней каплей. Нужно было предпринимать что-то, чтобы обезопасить себя. Собрав все необходимые документы и приложив к ним перепись в интернете, я написал заявление в полицию. Вся эта ситуация быстро просочилась в прессу, поднялся немалый шум. Журналисты постоянно караулили нас на пороге дома. Я мог сдержать натиск прессы, но для Шерил все это было очень тяжело.

    Сторона обвиняемых пыталась доказать в суде, что Шерил действительно разбила окно машины и угрожала тем женщинам. В качестве доказательств была предоставлена распечатка писем, которые Шерил, якобы, отсылала. Конечно, все это была подделка. Какие-то выдуманные адреса, черт, да даже имя Шерил было написано с ошибками. Однако вся эта ситуация серьезно нас донимала. В конце концов, мы решили не продолжать всю эту кутерьму и предложить другой стороне мировое соглашение. Они удаляют все записи из интернета и больше не донимают нас, а мы же забираем заявление. Это предложение было принято.

    Вся эта ситуация была выдумана жалкими, больными и бездушными людьми. Как я мог пустить их в свою жизнь? Как я мог общаться с ними так долго? Уму непостижимо. И теперь все это может задеть мою дорогую Шерил… «Все нормально, дорогой. Эти люди не пугают меня», – успокаивает меня Шерил. Черт, да она должна была убежать от меня в первый день знакомства, или, по крайней мере, оставить меня, узнав о моем прошлом. Но она осталась рядом. Сначала как друг, потом как жена. Теперь я знаю, что значит настоящая любовь.

    Я не религиозный человек, но верю в Бога. И я верю, что у Него есть определенный план для меня. Именно поэтому я считаю, что смогу справиться со своими проблемами. Я найду работу, которую ищу. Со мной рядом будут любящие и верные люди. Я верю, что моя жизнь в итоге сложится удачно. Главное не прекращать бороться со своими проблемами. Я не могу остановиться, так как на кону стоит моя жизнь. Именно поэтому я назвал книгу «Мой последний бой». Именно поэтому это самая ожесточенная и непримиримая битва в моей жизни.

    Иногда какой-то поклонник «Детройта» может остановить меня на улице. Он узнает меня, но не может вспомнить фамилию. «А вы не Боб Проберт?» – следует вопрос. Я отвечаю: «Боб умер. Я – Даррен Маккарти. И я еще очень даже жив».

    P.S. Вот и подошел к концу рассказ о судьбе экс-тафгая «Детройта» и «Калгари», четырехкратного обладателя Кубка Стэнли Даррена Маккарти. История тяжелая, но Даррен честно признает, что виноват во всем только сам, и теперь пожинает плоды своих необдуманных действий. Хочется только пожелать ему преодолеть все свои проблемы и обрести душевный покой. Надеюсь, несмотря на много негативных моментов, вам, как и мне, было приятно вспомнить золотые годы «Детройта» и узнать из первых уст о принципе формирования Чемпионской Команды с большой буквы.

    #9912

    Taf
    Участник

    Дерек Бугард: жизнь как схватка

    null

    Рассказ о судьбе одного из лучших тафгаев «нового поколения» — Дерека Бугарда.

    На дворе месяц июнь. Хоккейный сезон завершился триумфом «королей» из Лос-Анджелеса в финале Кубка Стэнли, и теперь все внимание любителей спорта направлено на футбол. Тем не менее, рубрика «Свалка» продолжает работать и на этот раз поведает еще об одном игроке, считавшегося отличным тафгаем. Его трагедия произошла относительно недавно и повергла в шок весь хоккейный мир. 23 июня ему могло бы исполниться 32 года. Его семья обвиняет в случившемся НХЛ, хотя многие считают, что в своей смерти виноват исключительно он сам. Что же произошло с Дереком Бугардом?

    Май 2011-го. Убитые горем родители недавно умершего хоккеиста принимают сожаления от родных, близких, друзей, знакомых и коллег, отвечая на один телефонный звонок за другим. Среди прочих, к ним дозвонился ученый из Бостонского Университета с необычной просьбой: отдать мозг Дерека на изучение в лабораторию. Спустя некоторое время после тяжелых раздумий, Джоанн и Лэн Бугарды согласились пожертвовать мозг своего сына для исследований. О причинах смерти тафгая будет еще много разговоров, и дело даже дойдет до суда. Но все-таки славу ему принесла не скоропостижная смерть, а яркая карьера в НХЛ, состоявшая из 61 славного боя. Было бы правильным вспомнить в первую очередь о ней.

    null

    Родился Дерек Бугард в канадском городе Саскатун, провинция Саскачеван, в семье конного полицейского (их еще называют «маунти»). Так что нет ничего удивительного в том, что паренек рос крепким, сильным и довольно габаритным. Его быстрый рост даже провоцировал боли в коленях, которые не выдерживали такой вес. Хоккеем же он начал заниматься в одной из спортивных школ пригорода Торонто, куда к тому времени перебрались Бугарды. В школе Дерека очень не любили местные хулиганы: сказывалась репутация сына блюстителя закона. Там-то Бугард и начал драться, защищаясь от многочисленных нападений. Не все в порядке было у мальчика и на ледовой площадке: в 12-летнем возрасте он даже решил бросить хоккей. Впрочем, родители, всячески поощрявшие то, что их сын занимается национальным видом спорта, вскоре уговорили его передумать. С возвращением на лед вернулось и желание играть: Дерек начал мечтать о том, чтобы стать игроком команды НХЛ. Его кумиром был Уэндел Кларк, тогдашний капитан «Мэйпл Лифс», также уроженец Саскачевана.

    В найденном уже после смерти Бугарда блокноте было множество воспоминаний о его первых шагах в хоккее. Ему вспоминались бело-голубые цвета своей первой команды, дороги от дома до арены и обратно в отцовской машине, его первый гол, его дедушка, стучавший по заградительному стеклу во время матча, родители на трибунах…

    В юниорском хоккее Бугард часто испытывал проблемы из-за своих габаритов. Иногда он наносил соперникам травмы, сам того не желая, за что постоянно зарабатывал удаления. По словам тренеров, это была не его вина, но и ничего поделать с этим было нельзя. Многие родители были против того, чтобы их дети играли в хоккей с Дереком. Он уже был готов распрощаться с мечтами о профессиональной карьере, но все поменяла одна-единственная игра. По ходу того матча команда Бугарда проигрывала со счетом 2:6, и это, возможно, сыграло ключевую роль: игрока охватил приступ неконтролируемой ярости. Сначала он избил одного соперника, потом второго, после чего напал на третьего. На этом он тоже не остановился, подъехав к чужой скамейке запасных и пытаясь вызвать на бой всю команду. Казалось бы, после такой выходки последует серьезная дисквалификация. Но судьба распорядилась иначе: на том матче присутствовали скауты команды WHL «Реджайна Пэтс», которым очень понравился запал парня. Дерек был приглашен в структуру клуба, и поначалу был задействован в фарме «Пэтс» — «Реджайна Кэпс». Там он провел большую часть сезона-98/99.

    Просмотрев состав соперников «Кэпс» перед своей дебютной игрой, он заметил парня габаритнее себя. Большая редкость и… большой вызов! «Я тебя прикончу», — сказал он Бугарду перед матчем. И вот, выйдя на лед, они скинули перчатки. Спустя несколько секунд Дерек принимал поздравления с победой в бою, а его противник уезжал с разбитым носом.

    Когда пришло время двигаться дальше, стало понятно, что игрок не подходит «Реджайне». Брат Дерека, Райан, часто собирал информацию о потенциальных противниках, предупреждая Бугарда об их сильных сторонах. Эта их добрая традиция началась еще в молодежном хоккее, и продолжалась до последнего матча в НХЛ. Правда, горячая голова Дерека не всегда прислушивалась к этим советам — он зачастую лез на рожон, сполна получая от более опытных оппонентов. Во многом, поэтому в «Пэтс» тафгай провел всего 5 матчей. После очередного проигранного боя он был обменян в другую команду Западной Хоккейной Лиги, «Принц Джордж Кугарз». К тому моменту Дерек уже окончательно принял решение, что если ему и светит карьера в НХЛ, то исключительно в качестве энфорсера. А потому Бугард и не стремился набирать очки, перенаправив свое внимание на другие аспекты игры. Правда, свой первый бой за эту команду он все-таки проиграл: ему противостоял Эрик Годард из «Техас Старз», также будущий тафгай НХЛ. «Тот период был для меня очень тяжелым, — вспоминал Бугард, — У меня было очень много преград, с которыми я упорно боролся». Были большие проблемы в школе, на льду и в семье, где развелись родители. Вдобавок ко всему, в одном из матчей Дереку сломали челюсть. Окончательно устав от всего, да еще и питаясь только жидкими продуктами через трубочку, Бугард вновь решил бросить хоккей. И вновь, как и несколько лет назад, передумал.

    null

    Это был еще один переломный момент в его жизни. Тафгаю удалось более-менее уладить свои дела вне льда, после чего он начал побеждать и в хоккейных баталиях. Сезон-00/01 стал для Дерека успешным: он не просто выигрывал в новых схватках, но еще и сполна мстил своим былым обидчикам, в том числе и Майку Ли — тому самому, который сломал ему челюсть. Иногда Бугарду удавалось помочь команде и в плане заброшенных шайб. «Я в жизни еще не видел человека более счастливого, чем Дерек, когда он сумел забить гол в матче плей-офф» — говорит его тогдашний тренер. Позже вспоминал об этом и сам хоккеист: «Это были мои лучшие мгновения за два года». За полтора сезона в «Кугарз» он заработал 441 минуту штрафа. На него обратили внимание в «Миннесоте», выбрав на Драфте-2001 в 7-м раунде.

    Впрочем, до появления в НХЛ было еще далековато. Сначала Бугард был обменян из «Кугарз» в «Медсин Хэт Тайгерз», где провел еще полтора сезона. И только потом он подписал контракт с «Уайлд». Но и там ему пришлось начинать с самых низов структуры клуба — сперва Дерек надел свитер «Луизианы АйсГейторз», команды из Лиги Восточного Побережья. Тренерскому штабу «Луизианы» была поставлена задача: сделать из него энфорсера высшего класса. Упорство Бугарда сильно впечатляло наставников: он буквально истязал себя многочисленными тренировками как на льду, так и на «земле». За проделанную работу хоккеист удостоился повышения — осенью 2003-го Дерек отправился в «Хьюстон Аэрос», АХЛ. Правда, была у этого успеха и обратная сторона: игрока стали беспокоить старые травмы. Однажды, он не смог выйти на тренировку из-за сильнейшей боли в спине. Беспокоил его и плечевой сустав. В итоге ему было прописано сильное обезболивающее.

    Как бы то ни было, отыграв год за «Аэрос», Бугард уже был готов попробовать свои силы в НХЛ. Но вот незадача: очень не вовремя наступил локаут, так что дебют за «Миннесоту» пришлось отложить еще на один сезон. Впрочем, возможно, оно было и к лучшему. Дерек получил лишнее время на отработку своих навыков. Он колотил оппонентов словно боксерские груши, вдохновляя своих партнеров по команде на бой. Его полюбили болельщики, его бои повсюду неоднократно показывались в записи. Широко известно стало его прозвище «Бугимэн», которое он получил не только за фамилию, но и за великолепную технику катания, похожую на красивый танец. Наконец, пришло время примерить форму «Уайлд». Она оказалась ему к лицу.

    null

    Первым в НХЛ Бугарда на бой вызвал Кип Бреннан. Будущий игрок «Витязя» и «Сарыарки» оказался в лежачем положении на льду через 20 секунд. Спустя несколько дней Дерек отправил в ворота Евгения Набокова свою дебютную шайбу в высшем эшелоне. Это было начало впечатляющей карьеры того «Бугимэна», который запомнился всем любителям хоккея. В том году Бугард провел всего 16 боев — уже тогда его начали бояться, и лишний раз предпочитали с ним не связываться. Лишь немногим избранным, таким, как Крис Саймон и Дональд Брашир, удавалось выстоять против Дерека, а при особо удачных обстоятельствах даже одержать победу. Одним из лучших противостояний тафгаев современного поколения считается серия битв Бугарда с игроком «Эдмонтона», а позже «Финикса», Жоржем Лараком. Началась она в ноябре 2005-го, и тогда Ларак стал первым, кто смог уверенно взять верх над дерзким новичком. «Бугимэн» сделал выводы, и в дальнейшем уже не позволял своему принципиальному оппоненту так легко себя побеждать. Впрочем, в четырех поединках против Жоржа, проведенных в течение двух сезонов, добиться серьезного успеха Дерек так и не смог.

    Зато другим его соперникам доставалось гораздо больше. Широчайшую известность приобрела драка Бугарда с Тоддом Федоруком в матче «Миннесоты» против «Анахайма» 27 октября 2006-го. Спровоцировав энфорсера «дикарей», Федорук заплатил за свой поступок страшную цену: «Бугимэн» моментально отправил его в нокаут. Удары получились настолько мощными, что Тодд сразу был увезен в больницу на машине скорой помощи с переломом лицевой кости. «Я не успел понять ровным счетом ничего. Меня еще никогда не били так сильно. Очутившись на льду, я почувствовал в своем черепе след размером с кулак», — вспоминает пострадавший о том эпизоде. С тех пор Федорук стал играть гораздо более сдержанно и аккуратно, а в руководстве НХЛ вновь всерьез задумались о запрете драк на льду.

    «Дерек предпочитал пропустить пару ударов, чтобы потом нанести в ответ один свой, но зато какой! Он никогда не любил защищаться и презирал тех, кто сильно закрывался во время боя. Более того, он предпочитал проиграть, чем провести скучный поединок», — так рассказывает о стиле «Бугимэна» Джон Скотт, действующий тафгай «Баффало», бывший одноклубник, учившийся на его драках. Кулаки Бугарда постоянно были опухшими от боев, все в шрамах и ушибах. Близкие Дерека беспокоились по этому поводу не на шутку: как он собирается держать ложку и вилку, если так будет и дальше калечить свои кисти? Как позже выяснилось, беспокоиться следовало не из-за этого. Постоянные нагрузки и стрессы, сопровождавшие Бугарда на протяжении всей карьеры, привели к тому, что он пристрастился к алкоголю. Типичная проблема для тафгая, многие его коллеги страдали от тяги к спиртному. Кроме того, ему вновь назначили курс сильного обезболивающего — игрока начала беспокоить спина. Со временем Бугард практически не менялся как хоккеист, но налицо были перемены в его характере и поведении. Он стал злоупотреблять с лекарствами, халатно относиться к режиму, опаздывать на тренировки и собрания. Дошло даже до того, что игрокам «Уайлд» была дана строжайшая установка: ни в коем случае не делиться с Дереком своими препаратами. Но тогда широкой публике это было не так интересно: все были в восторге от схваток с участием Дерека и предвкушали новые зрелищные нокауты в его исполнении.

    На протяжении пяти сезонов Бугард радовал болельщиков «Миннесоты», после чего ему предложили контракт «Ойлерз» и «Рейнджерс». Оба клуба сулили «Бугимэну» по полтора миллиона долларов в год. Для тафгая отказываться от такого было бы верхом глупости, особенно учитывая тот факт, что «дикари» платили ему гораздо меньше. Семья очень хотела, чтобы Дерек перебрался в «Эдмонтон», поближе к ним, в родную Канаду. Но Бугарда соблазнила роскошь одного из ярчайших мегаполисов в мире, и он принял решение отправиться в стан «рейнджеров». «Это великолепный город, и я очень рад и взволнован благодаря тому, что оказался здесь», — говорил в интервью местной прессе хоккеист. Кто бы мог тогда предположить, чем в итоге обернется этот переход?

    null

    Начал «Бугимэн» в новой команде более чем успешно. Его по-прежнему боялись соперники, он мог с довольной улыбкой кататься рядом с чужой скамейкой, зная, что связываться с ним никто не будет. Кроме того, Дерек вновь начал набирать результативные баллы, что было для него большой редкостью в последние сезоны за «Уайлд». Но вот настало 21 декабря 2010 года. Матч «Нью-Йорк Рейнджерс» — «Оттава Сенаторз». Бугард ввязался в очередную драку, на этот раз — против Мэтта Каркнера. Дерек был перекинут оппонентом через бедро, после чего крайне неудачно приземлился на плечо и ударился головой об лед. Сотрясение мозга и смещение плечевого сустава. Эта игра стала для него последней.

    Хоккеисту была прописана очередная порция сильнодействующих лекарств. «В сезоне-07/08 нам довелось поиграть вместе за «Минесотту». Дерек знал, что у меня большой опыт в обращении с обезболивающими, и впоследствии он обращался ко мне за советами, пытаясь узнать о них все что можно. Главное, что я ему рекомендовал — это быть осторожным», — продолжает делиться воспоминаниями Тодд Федорук. Но когда их пути разошлись, Бугард стал забывать эти наставления. По словам родных и близких, из-за своих габаритов ему нужно было принимать довольно большие дозы, что уже само по себе крайне опасно. «Эта штука, Амбиен, здорово ослабляет боль. Но вместе с тем, ты цепенеешь, становишься сам не свой, не способный ни на какие действия», — рассказывает о действии препарата Джон Скотт.

    Процесс восстановления давался Бугарду очень тяжело. Тяга к алкоголю становилась все сильнее, равно как и зависимость от препаратов. В такое трудное время он очень нуждался в общении и поддержке: сохраненные записи и счета свидетельствовали о бесконечных телефонных разговорах, в том числе и с теми, с кем игрок раньше практически не общался. В марте Бугард все-таки пошел на поправку и вновь начал тренироваться на льду. К началу следующего сезона он должен был полностью восстановиться. Увы, образ жизни, к которому привык Дерек, окончательно его сгубил.

    В мае того же, 2011-го года, хоккеист отправился в Миннеаполис, чтобы провести там пару дней со своими братьями, Райаном и Аароном (кстати говоря, игроком АХЛ). Приняв таблетку очередного обезболивающего, предоставленную Аароном, Бугард отправился на встречу со своими друзьями. Они посетили несколько баров, где хоккеист выпил немалое количество алкоголя. Вернувшись ночью домой, он почувствовал себя очень плохо. Аарон помог ему лечь в постель и, убедившись, что Дерек спит, ушел. Вернувшись на следующий день вместе с Райаном, они обнаружили, что их брат по-прежнему лежит в кровати, причем абсолютно неподвижно. Приехавшая неотложная помощь констатировала смерть Дерека Бугарда в пятницу, 13-го мая 2011 года. «Бугимэну» было всего 27 лет.

    null

    Ужасная новость облетела весь хоккейный мир в мгновение ока. Невозможно подобрать слова для того, чтобы описать, в каком шоке находились его бывшие партнеры по команде и все те, кто с ним дружил и работал. Память Бугарда почтили не только в «Уайлд» и «Рейнджерс», но и во всей лиге. Прах Дерека был отдан на хранение матери, а головной мозг умершего с согласия родителей был отдан на исследование в институт. В результате работы ученых выяснилось, что у хоккеиста были многочисленные повреждения и начальная стадия синдрома СТЕ — аналог болезни Альцгеймера. Такова была цена за карьеру блестящего тафгая.

    Его смерть стала одной из трех, случившихся в том году в НХЛ. Дерек Бугард, Уэйд Бэлак и Рик Райпьен заставили задуматься о том, способна ли организация защищать жизнь и здоровье хоккеистов. Несмотря на всю очевидность обстоятельств смерти, отец Дерека провел собственное расследование и тщательно изучил все ее детали. В итоге в сентябре 2012-го он подал в суд на Ассоциацию Игроков НХЛ, требуя 9,8 миллионов долларов за ущерб, который организация допустила в отношении к Дереку. Иск был отклонен в связи с тем, что срок его подачи давно истек, после чего Лэн Бугард подал новый иск, уже непосредственно против НХЛ. Это дело окончательно не закрыто до сих пор.

    К сожалению, этого замечательного бойца уже не вернуть, и для любителей хоккея от него остались лишь многочисленные видеозаписи поединков. Кроме того, Дерек оставил после себя детский бойцовский лагерь, который он открыл вместе с Аароном. Пример Дерека Бугарда показал, насколько тяжело и опасно быть энфорсером, особенно — в НХЛ. Нельзя забывать о том, что может стоять за эффектными силовыми приемами и зрелищными драками.

    #9913

    Taf
    Участник

    Тони Твист: хоккеист, байкер и легендарный боец

    null

    Легендарный Тони Твист, чьих кулаков страшились во всей НХЛ. И чье увлечение мотоциклами в итоге сыграло свою роковую роль.

    «Однажды он ударил меня сюда, рядом с виском. У меня треснула глазница, и глаз был вдавлен в переносицу. Я сразу понял, что он сделал со мной что-то страшное. Напрочь исчезли все звуки и ощущения. Я довел ту драку до конца на автомате, а когда решил высморкаться в раздевалке, воздух вышел не через нос, а через трещину в глазнице. Впоследствии я не мог открыть глаз в течение 11 дней» — так вспоминал известный тафгай Роб Рэй об одной из своих драк. Действительно, эта схватка стала одной из самых кровавых в истории НХЛ. Но для Тони Твиста, нанесшего Рэю ту самую травму, подобный случай был обычным делом. Как и десятки других боев.

    Энтони Рори Твист родился 9 мая 1968 года в городе Шервуд Парк, что в канадской провинции Альберта. Свою силу и любовь к спорту он позаимствовал от бабушки с дедушкой. Первая входит в Канадский Зал Славы лакросса, а второй был чемпионом Западной Канады по боксу. Поиграв сезон в одной из юниорских лиг и забросив там 32 шайбы, будущий прославленный «полицейский» в 18-летнем возрасте дебютировал в команде WHL «Саскатун Блейдз». Тот коллектив славился на всю лигу физической силой и жесткостью своих игроков. Там-то Твист и раскрыл свой талант, напрочь забыв о том, что такое забивать голы. «Мы здорово веселились! У нас была отличная команда. Помимо меня, в ней играли Керри Кларк, Келли Чейз, Кевин Камински и Брайан Глинн, один из самых больших парней в лиге. Мы играли жестко против всех соперников, с некоторыми из них у нас были серьезные противостояния, а многие матчи превращались в настоящие баталии» — рассказывает Твист о начале своей карьеры. Довольно красноречивы и цифры: за два сезона в «Блейдз» Тони заработал 413 минут штрафа в 129 матчах.

    null

    Вскоре на молодого бойца обратили внимание скауты «Сент-Луиса». «Блюзмены» выбрали Твиста в девятом раунде драфта-88. Впрочем, для начала ему пришлось отправиться в фарм, «Пеорию Ривермен», выступавшую в IHL. Там Тони отточил свои бойцовские качества практически до совершенства: 3 сезона, 141 матч и 756 минут штрафного времени! Но за это время он успел дебютировать и в НХЛ. В сезоне-89/90 Твист наконец-то вышел на лед в свитере «Блюз». Перед этим, еще в тренировочном лагере, Тони изо всех сил старался заработать себе место в команде. Он хотел вызвать на бой тогдашнего главного головореза «Сент-Луиса» Тодда Юэна, но тот не спешил с положительным ответом. Так началась их вражда. Ну, а в первом же своем матче на высшем уровне «Твистер» (в переводе с английского — «ураган») сошелся в бою с тафгаем «Чикаго» Уэйном ван Дорпом. За несколько секунд Тони нанес противнику серию сильнейших ударов, одержав в драке уверенную победу. «Во время национального гимна перед тем матчем у меня в глазах стояли слезы! Это были непередаваемые ощущения, огромный прилив адреналина. Понятное дело, много игрового времени мне не дали. Но для драки с Уэйном хватило. Отличная была схватка. Тот матч, безусловно, стал одним из самых знаковых в моей карьере» — говорит Твист.

    Тем не менее, игрового времени в «Блюз» у тафгая практически не было. Тренеры усердно пытались сделать из него не только «полицейского», но и хорошего нападающего. Тем не менее, после серии инцидентов в составе «Ривермен», включавшей в себя травму голкипера соперников Стива Маккичана, разбитый борт и четыре с половиной сотни минут штрафа за 79 игр, терпению менеджеров «Сент-Луиса» пришел конец. Твист отправился в «Квебек Нордикс» в обмен на Дэрина Кимбла. В «Квебеке» Тони доверили место основного тафгая клуба, а иногда он даже выходил на лед в спецбригаде меньшинства. Первый матч Твиста в новой команде был принципиальным вдвойне: «Нордикс» играли с одним из своих важнейших соперников, «Монреалем». А в составе «Канадиенс» играл… тот самый Тодд Юэн. «Я подъехал к нему, предлагая подраться. Юэн отказался, а когда я отвернулся от него, он напал на меня сзади» — вспоминал тафгай. Теперь они боролись не за место в команде, а за победу на льду. Твист очень быстро победил противника, еще раз доказав всем свою мощь.

    null

    За три с половиной сезона в «Нордикс» Тони провел множество боев. Конечно, вести себя ему приходилось сдержаннее, чем в «Пеории», но и того, что было, вполне хватало для славы одного из ярчайших тафгаев НХЛ. Особенно стоит выделить его драки с Аланом Мэйем, получившим тогда гематому в области шеи, Клодом Луиселем, когда матч был приостановлен на 20 минут, и, конечно, Майком Пелузо. «У Майка был такой стиль, он всегда атаковал и никогда не защищался. Я поймал его на этом, нанеся удар, а затем попал еще раз прямо в челюсть. Он упал, ударившись головой об лед, и после этого не смог встать. Я забеспокоился, но когда пришел в раздевалку извиниться, Майк ответил мне, что все в порядке, и что когда он очнулся, даже подумал, что может говорить по-французски!» — рассказывает Твист о том случае. Ну и, конечно, нельзя забыть серию столкновений «Твистера» с другим известнейшим тафгаем Джино Оджиком. Неприязнь между ними началась еще со времен игры обоих в IHL.

    Перед сезоном-94/95 на правах свободного агента Тони вернулся в «Сент-Луис». Как он признался позже, этому были две причины: сам город, который Твист очень любил, и новый тренер «Блюзменов» Майк Кинэн. Он хорошо относился к тафгаям и дал Тони шанс закрепиться в команде. Которым боец воспользовался сполна. Десятки драк, одна мощнее и кровавее другой, пополнили его послужной список. Многочисленные видеозаписи того, как Твист колотит своих оппонентов словно боксерскую грушу, говорят о нем как об одном из лучших «полицейских» в истории НХЛ. Бывало, когда он чуял запах крови, его с огромным трудом удавалось остановить всей судейской бригаде. Его удары носили в себе такую силу, что он сам иногда ломал себе руки об кости и шлемы противников. Тони заслужил авторитет, многие соперники на площадке его боялись. Вот слова другого именитого тафгая Скотта Паркера: «Моя первая драка в НХЛ состоялась против Тони Твиста. Глядя на него, я тогда подумал: Да уж, малыш Скотт, добро пожаловать в НХЛ…»

    null

    «Иногда я говорил своим партнерам, что у меня хорошее настроение, и они могут делать на площадке все, что им вздумается. Если кто-то соберется с вами разобраться, я буду рядом. А как-то раз мне сказали, что я настолько хорош, что противников может напугать даже моя картонная фотография в полный рост. Для меня это было настоящим комплиментом» — говорил Твист о своей репутации. Ему нравились драки, нравилась поддержка трибун и слава. В Сент-Луисе, да и не только там, о нем говорили как о супергерое. Его фотографии постоянно встречались в прессе. «Он никогда не был хулиганом, который охотится за звездами противника и которых так много развелось в НХЛ. Он был рыцарем, который дрался за свою команду, и делал это лучше всех» — говорил о своем партнере по команде защитник Джэми Риверс. Это действительно была его положительная особенность, за что его даже прозвали «полицейским-джентльменом».

    Более того, Тони занимался благотворительностью, организовывал сбор средств в пользу малоимущих, а также жертв мотоциклетных аварий. Да, Твист был и остается заядлым мотоциклистом. Правда, покатать на байке Кубок Стэнли, как этот сделал тот же Скотт Паркер, ему так и не удалось. Кстати, после той самой драки Тони с Робом Рэйем, когда последний получил страшную травму глаза, «Твистер» спросил у своего оппонента: «Ну что, Рэйзор, не поедем теперь летом кататься на мотоциклах?» На что получил ответ: «Нет, почему же, конечно поедем!» Постоянные дружеские отношения Твиста с некоторыми тафгаями вне хоккейной площадки также были его характерной чертой.

    Возможно, зрители могли бы увидеть еще множество его поединков, но не самое безопасное хобби Тони сыграло свою роковую роль. 9 августа 1999-го Тони ехал на мотоцикле после переговоров с клубом о новом контракте. Во время поездки его подрезал автомобиль, и байкер влетел в него на полной скорости. «Я пролетел метров 15 и приземлился на ноги, прямо как Фред Флинтстоун» — грустно шутил про свою аварию Твист. Как итог — перелом таза со смещением, раздробленное левое колено и переломы обеих ног. И, как говорят эксперты, все могло быть значительно хуже. Сразу операцию провести было нельзя из-за обширного внутреннего кровоизлияния. На протяжении двух месяцев он не поднимался с инвалидного кресла. Обещал вернуться в хоккей, но вердикт врачей был неутешительным: с такими повреждениями о большом спорте можно забыть. Более того, чудо, что он вообще не стал калекой. Впрочем, представить Тони Твиста калекой крайне трудно. Как бы то ни было, в 31 год знаменитый тафгай объявил о вынужденном завершении своей карьеры.

    null

    Первое время после инцидента Твист пользовался особой популярностью. Ему регулярно отправлялись сотни посланий от болельщиков, многие партнеры по команде выражали ему свою поддержку. Не захотели больше кататься на байках его одноклубники Келли Чейз и Павол Демитра. Бурную реакцию в «Киль Центре» (арена «Блюз», зовущаяся ныне «Скоттрэйд Центр») вызывала песня «Поднимайся и кричи», написанная Твистом специально для своего клуба. Сам же Тони продолжал вести свою передачу по ТВ и принимать активное участие в жизни города. Вскоре Тони развелся со своей женой и женился на другой, с которой, состоя еще в первом браке, познакомился в одном из магазинов Сент-Луиса. Твист открыл свое собственное заведение «Твистер Бар-н-Гриль». В этот клуб часто любит захаживать местная молодежь. «Твистер достаточно умен, чтобы открыть даже свой собственный банк, но потом он сам же его и ограбит» — шутит про своего давнего друга Келли Чейз. Твиста регулярно провоцируют на драки, желая на себе убедиться в его силе. На него часто подавали в суд. Впрочем, все иски были безуспешны. А вот сам Тони с одним своим делом преуспел. Дело в том, что его имя нелегально использовали для персонажа комиксов. В итоге авторов обязали выплатить Твисту 15 миллионов долларов, которых, впрочем, тафгай никак не может дождаться до сих пор.
    Сейчас Твист продолжает вести свой бизнес, не забывая при этом заглядывать и в другие приглянувшиеся ему бары. Он счастлив в браке, навещает своих детей, встречается с друзьями. Словно бывалый воин, прошедший немало баталий и всяческих переделок, он отправился на заслуженный отдых. Но легенды о его славных победах любители хоккея слагают и по сей день.

    #9914

    Taf
    Участник

    Джон Кордик: «Рэмбо», проигравший самому себе

    null

    Материал о известном канадском тафгае Джоне Кордике. Его история является яркой иллюстрацией тому, как человек может погубить свою жизнь и потерять все, что у него есть.

    Просматривая запись очередного зрелищного силового приема или, например, драки, начинаешь задумываться над вопросом: а что в хоккее опаснее всего? Вероятность травмы? Злая ирония судьбы, способная поставить крест не только на карьере, но и на счастливой жизни? Возможно. Но есть вещи гораздо более коварные. То, что они делают со многими людьми, не поддается никакому описанию. Они являются испытанием, по трудности сопоставимым с тяжелейшими переломами, и не каждому дано с ним справиться. Увы, это не получилось у знаменитого тафгая Джона Кордика.

    Любители хоккея со стажем знают: если нужно привести пример неординарного, противоречивого и абсолютно безбашенного игрока, то видеозаписи с участием Кордика подойдут как нельзя лучше. Его безумные выходки регулярно освещались в прессе. Зрители ревели от восторга, пока Джон своими мощнейшими кулаками избивал незадачливого оппонента. Но что за этим скрывалось?

    Все началось 22 марта 1965 года, когда в самом что ни на есть хоккейном городе Эдмонтон в семье с индейскими корнями родился малыш Джонни. С годами он крепчал и, подобно многим своим сверстникам, встал на коньки и взял в руки клюшку. Вскоре тем же путем пошел и младший брат Кордика Дэн, будущий энфорсер «Филадельфии». Их родители владели виноградником, которым пользовались местные виноделы, так что платить за обучение сына премудростям хоккейного дела им было вполне по карману. По словам матери, в детстве Джон мечтал стать великим защитником, таким, как Бобби Орр. Перспективы для этого были действительно неплохие: довольно габаритный парень жестко встречал всех, у кого вставал на пути, и, как правило, с ним предпочитали не связываться. Неплохие задатки он проявлял и как нападающий. Но даже тогда было видно, что Кордик не прочь поучаствовать и в хорошей драке.

    null

    Два сезона в команде WHL «Портленд Уинтер Хоукс» выдались просто на загляденье. Джон был одним из лучших нападающих оборонительного плана в лиге, штамповал голевые передачи и в 1983-м вместе с «ястребами» стал обладателем Мемориального Кубка — приза лучшей команде среди всех канадских молодежных лиг. Но еще одним его выдающимся показателем стали штрафные минуты — 467 за два года. Как бы то ни было, на Кордика обратили внимание в «Монреале», забрав его на Драфте-83 в свою структуру. Правда, до дебюта в НХЛ было еще далековато: сезон-84/85 прошел в скитаниях между «Портлендом», «Сиэттл Брейкерз» и клубом из АХЛ «Шербрук Канадиенс», фармом «хабов». В «Шербруке» Джон провел и свой следующий сезон, играя бок о бок с будущими звездами, такими, как Патрик Руа и Клод Лемье. Там-то он и стал забывать о лаврах защитника или нападающего экстра-класса, окончательно сменив свою квалификацию на тафгая. Показательным стал его бой с Джо Патерсоном, признанный лучшей дракой АХЛ сезона-85/86.

    В апреле 1986-го в «Монреале» решили дать шанс молодежи. Результат превзошел все мыслимые и немыслимые ожидания. Такого великолепного вратаря, как Руа, «Канадиенс» не видели со времен Кена Драйдена. Лемье начал забивать голы на любой вкус и цвет. Кордик защищал своих товарищей по команде так, что соперники боялись к ним и пальцем прикоснуться. Как итог — весь город ходил на ушах, празднуя неожиданно обретенное счастье в виде Кубка Стэнли. Все скандировали имена своих новых героев. Джон получил грозное прозвище «Рэмбо». Он обрел славу, получил солидный контракт и перебрался в большой город. Гремучая смесь, которая при неправильной эксплуатации может причинить очень большие беды. И родители Кордика, которые были в целом против роли своего сына в качестве энфорсера, постоянно его об этом предупреждали. Но широкая и разгульная душа новоиспеченной звезды постоянно требовала чего-то нового. Джон стал завсегдатаем местных баров и «злачных» мест, а что хуже всего — начал злоупотреблять стероидами и наркотиками.

    Как позже выяснилось, его эксперименты с препаратами начались еще в «Портленде». Но если тогда Кордик более-менее знал меру, то в «Монреале» он словно сорвался с цепи. Все лето Джон провел в глубоком запое, после чего в спешном порядке не без помощи новинок в области «медицины» набирал форму. Он все меньше и меньше походил на самого себя. Да, на льду «Рэмбо» по-прежнему был настоящей грозой, превращавшей лица соперников в мясной рулет. Он выходил на площадку, скидывал перчатки, устраивал побоища, после чего удалялся восвояси. Причем, не просто со льда. Кордик мог исчезнуть из города и вообще из поля зрения на несколько дней. Уставший и измотанный после таких «загулов», он возвращался, пичкал себя новой порцией стероидов и снова принимался за работу. «Джон был одним из лучших тафгаев лиги. Он вставал у всех, кто был на его пути. Кордик любил бои, это был отличный повод привлечь к себе внимание. Он умел завести команду и болельщиков и прекрасно знал, чего все хотят от него» — вспоминает о выступлениях своего подопечного тогдашний тренер «Монреаля» Жан Перрон. Но даже зрелищные бои не помогли Кордику сохранить место в команде: увидев, что с собой делает игрок, руководство «Канадиенс» вызвало его к себе и поставило ультиматум: либо ты проходишь курс лечения от наркотической зависимости, либо тебя в команде больше нет. Ответ не заставил себя долго ждать. Осенью 1988-го «Рэмбо» вместе с правом выбора в 6-м раунде драфта отправился в «Торонто» в обмен на перспективного нападающего Расса Куртнолла.

    «Кленовые листья» очень скоро пожалели о совершенной сделке. В те годы клуб вообще редко отличался на льду со знаком «плюс», да и вокруг его владельца постоянно возникали всяческие скандалы. А рассчитывая на пополнение в лице устрашающего «полицейского», вместо этого они получили лишь дополнительную головную боль. Мало того, что Кордик продолжал на регулярной основе становиться героем газетных статей со скандальными заголовками, так еще и болельщики его не особо жаловали. Еще бы: пока Джон гулял по барам и влипал в одну историю за другой, Куртнолл стал одним из лучших игроков в «Монреале». Не очень-то выгодный получился обмен, но поделать что-либо с этим уже было нельзя. Однажды, во время отдыха в Эдмонтоне, Кордик ввязался в конфликт с чемпионом Канады по боксу в тяжелом весе Кеном Лакустой. Лишь благодаря какому-то чуду дело так и не дошло до кровопролитной драки. Ну, а наиболее ярким эпизодом «кленового» этапа карьеры Кордика стал момент, в котором он сломал свою клюшку об голову Кейта Эктона, разбив тому нос. Тогда «Рэмбо» отделался десятиматчевой дисквалификацией. Впрочем, несмотря ни на что, соперники по-прежнему старались по возможности избегать контакта с Джоном, а в сезоне-89/90 он сумел даже забросить 9 шайб, что в итоге стало его лучшим результатом в НХЛ.

    null

    Кордик был горяч и своенравен. Такой ярости и агрессии, как у него, не было ни у одного тафгая. Но те, кто был близок с хоккеистом, говорили, что внутри он был очень мягким и ранимым человеком. «Однажды в раздевалке я увидел, как Джон разговаривает с кем-то по телефону и плачет. Как выяснилось, он спорил с отцом, который не хотел, чтобы Джон был энфорсером» — продолжает рассказывать Перрон. Кордик действительно воспринимал все, что связано с родителями, очень близко к сердцу. Но и прислушиваться к ним он тоже не хотел, что приводило к многочисленным ссорам с тяжело больным отцом. Ивэн Кордик страдал от рака печени, и его смерть оказала очень сильное воздействие на и без того шаткое психологическое состояние Джона. «Я столько всего в своей жизни делал против его воли… И сейчас мне очень тяжело» — говорил хоккеист в интервью канадским СМИ. Но остановиться он уже не мог. По словам свидетелей, Кордик еще будучи игроком «Монреаля» пристрастился к кокаину вместе с несколькими партнерами по команде. Со временем он начал принимать этот наркотик по 4–5 раз в неделю. Факт его зависимости стал уже едва ли не общеизвестным. По понятным причинам в «Торонто» от его услуг отказались, и в сезоне-90/91 Джон был обменян в «Вашингтон».

    Кордик окончательно потерял контроль над собой. Находясь в состоянии опьянения того или иного рода, он мог совершать абсолютно безумные поступки, а зачастую попросту переставал осознавать, где он и что вокруг него происходит. Что уж тут говорить о регулярных прогулах тренировок, начавшихся еще в «Канадиенс»… «Столичные» стали для него скорее не командой, а этаким санаторием. В добровольно-принудительном порядке «Рэмбо» был отправлен на лечение в клинику анонимных алкоголиков. Он всем говорил, что очень хочет излечиться и прикладывает к этому все усилия, но на деле даже и не пытался, сбегая в местные бары и пуская насмарку все лечение. В итоге руки опустились и у руководства «Кэпиталз». За «Вашингтон» Джон провел лишь 7 матчей.

    Наконец, «Квебек». Команда испытывала огромное множество проблем, так что менеджмент «Нордикс» принял решение пойти на риск. Условия их контракта впечатляют: тафгай получал по 1500 долларов за каждый матч, в котором принимал участие, и 1000, если не играл. А если по окончании сезона все допинг-пробы хоккеиста дали бы отрицательный результат, то в качестве бонуса он получил бы еще 150 тысяч. Кордика поселили вместе с молодым защитником Брайаном Фогарти, также страдавшем от алкоголизма. «Нас с ним проверяли практически каждый день. Он был предельно честен со всеми. Хотя то, что Джон принимал наркотики со стероидами, было видно даже невооруженным глазом и по его поведению, и по физическому состоянию» — рассказывает Фогарти.

    В Квебеке Кордик начал встречаться с танцовщицей Нэнси Массе, которая всячески старалась скрасить его депрессию. Он даже сделал ей предложение. Казалось, может, великая сила любви способна спасти хоккеиста? Увы, не в этом случае. Вскоре «Рэмбо» вновь пустился во все тяжкие. «Я говорила ему: Джон, ты себя убиваешь! Но я даже представить не могла, насколько в итоге буду права… Он ненавидел себя за то, что причинял боль другим. Его настроение очень часто менялось. Он сильно меня ревновал, и у нас часто возникали скандалы. Впрочем, я все же согласилась выйти за него, но при условии, что он перестанет принимать стероиды и наркотики, пройдет курс реабилитации. Джон был похож на птенца, выпавшего из гнезда» — вспоминает Массе.

    Их свадьбе так и не суждено было свершиться. С каждым днем могучий атлет все больше и больше проигрывал в борьбе со своей болезнью. Его по-прежнему мучили воспоминания об отце, а зависимость только усиливалась. О карьере в НХЛ можно было уже забыть, Кордик был отправлен в клуб АХЛ «Кейп-Брейтон Ойлерз». Его новые одноклубники были в шоке от того, в каких дозах он принимал различные препараты. «Рэмбо» же мечтал выйти на лед в свитере с эмблемой других «нефтяников» — из его родного города Эдмонтон. Но с таким послужным списком об этом не могло быть и речи.

    8 августа 1992 года. После очередной «посиделки» Джон Кордик приезжает в мотель весь в синяках и порезах. «Он очень тяжело дышал. Никогда еще такого не видела, — рассказывает сотрудница заведения Марлин Бушар. — Кордик бывал у нас неоднократно, но в таком состоянии — еще никогда. Из-за многочисленных ран он даже не смог записаться в регистрационной карте, я сделала это за него. Затем он расплатился помятой стодолларовой купюрой и не без посторонней помощи поднялся с багажом наверх, в свой номер. Вскоре в его комнате раздался шум. Когда наш обслуживающий персонал пришел к нему, выяснилось, что он разгромил полкомнаты. Мне пришлось вызвать полицию». Кордик находился в абсолютно невменяемом состоянии. Дождавшись подкрепления, полицейские ворвались в номер и надели на хоккеиста наручники, после чего вызвали ему скорую помощь. С каждой минутой ему становилось все хуже. Находясь уже в машине «неотложки», он прошептал несколько слов, после чего потерял сознание. Вскоре его сердце остановилось. Ему было 27.

    null

    «Джон очень любил смеяться. Он был сильным. Нам будет очень его не хватать» — эти и многие другие слова звучали на похоронах некогда великолепного тафгая. На черно-белой фотографии улыбающийся Кордик держит Кубок Стэнли. У всех на глазах стояли слезы. Он выиграл множество хоккейных баталий, но проиграл самый главный бой — самим с собой. И все-таки, уже понимая, что все кончено, Джон сумел сделать нечто важное. Теми последними словами, которые он выговорил перед своим последним вздохом, были: «Прости меня, отец».

    #14172

    Taf
    Участник

    «Я рвал задницу, чтобы стать одним из них». Джон Скотт – о том, как его предала НХЛ

    Тафгай, которого болельщики выбрали на Матч звезд, рассказал свою историю – от дипломированного инженера до хоккейного бойца.

    null

    «Эй, Джон, мы можем поговорить?»

    Наверное, я должен был догадаться. Но в тот момент я понятия не имел, что мне предстоит.

    Я зависал с парнями в тренажерном зале, когда генеральный менеджер отозвал меня в сторонку. Меня не было пару дней, но теперь я вернулся в Финикс, в расположение «Койотис», болтаю с ребятами. Мы обсуждаем мои новые краги.

    Краги для Матча звезд.

    Я видел свое имя в новостях, в пресс-релизе, в официальном составе. Но экипировка – это что-то особенное, понимаете? Я, Джон Скотт, из Мичиганского технологического, 33 лет от роду… получил краги для Матча всех звезд.

    Ребята искренне рады за меня, и они не скрывают этого. Они подкалывают меня (куда без этого), но это безобидные шутки. Каждый хочет примерить мои краги. Мы смеемся. Это прекрасный момент.

    И это происходит, я вижу генмена в дверях. Он не улыбается.

    «Эй, Джон, можно тебя на секунду?» Мы заходим в комнату, где хранятся клюшки, и он запирает дверь. И потом он заявляет: «Тебя только что обменяли».

    Неа. Не может быть.

    «Ты пиз***».

    Я прекрасно слышал его в первый раз, но мне нужно было, чтобы он повторил эти слова.

    «Мы только что обменяли тебя в «Монреаль». Ага».

    Мысли проносятся у меня в голове со скоростью молнии. Я понимаю, что происходит. Но я все равно не могу поверить.

    «Ты, бл***, шутишь?»

    Тафгаев не меняют по ходу сезона, когда их команда выигрывает. Если вы следите за НХЛ, то знаете, что такого просто не бывает.

    «Я не знаю, что сказать, Джон. Так должно быть. Мы стараемся улучшить нашу команду. У нас появился шанс получить отличного игрока, и мы воспользовались им».

    Я оставлю остальную часть беседы тайной, так как являюсь профессионалом. Но вы сами можете все додумать. Это было, как мы говорим в нашем деле, эмоциональное общение.

    Когда я добрался до своего автомобиля, то первым делом позвонил жене. «Что стряслось?» – спросила она. Я чуть не рассмеялся. Я с трудом мог сдерживаться.

    «Меня только что обменяли».

    Я чувствую, как мысли проносятся у нее в голове с такой же молниеносной скоростью.

    «Неа. Нет. Не может быть».

    Она прекрасно слышала меня в первый раз, но ей нужно было, чтобы я повторил эти слова.

    «Ага. Монреаль. Вообще-то… они уже отослали меня в фарм. Так что Ньюфаундленд».

    Ньюфаундленд. Существуют хотя бы прямые перелеты из Финикса в Ньюфаундленд?

    Я начал собирать свое барахло: клюшки, коньки, экипировку. Я вернулся в тренажерку и забрал свои краги, лежавшие все еще там, новые, только что их примеряли мои партнеры. Джон Скотт, Матч всех звезд. Я кинул их в свою сумку, уложил все в багажник и начал длинный путь домой.

    Я старался не думать о своих дочерях, о том, как им не понравится переезд. О том стрессе, который ждет мою жену, которая на девятом месяце беременности и ждет двойню. О тех теплых чувствах, которые я испытываю к парням из Финикса – в нас никто не верил, – и той гордости, которую я испытываю за то, чего мы добились. Я стараюсь не думать о том, как я не хочу уходить.

    null

    И я стараюсь не думать о том, что все должен был знать заранее.

    Или как один из моих партнеров предсказал – действительно предсказал – все это до того, как это произошло.

    Как он написал мне: «Чувак, ты 30-й в голосовании болельщиков на Матч звезд».

    А затем он добавил: «Они никогда не позволят тебе сыграть, Джон. Они не позволят тебе находиться там. Не парню вроде тебя».

    Парню вроде меня.

    Наверное, вы думаете, что знаете меня. Во всякому случае, у вас есть стереотипные представления о Джоне Скотте. Что же, позвольте мне рассказать нечто, что может вас удивить: я никогда не хотел быть бойцом. В детстве я всегда играл клюшкой Sherwood TP-70.

    Почему? Такой играл Рэй Бурк. Он был моим кумиром, пусть я и жил в Сент-Катаринс, провинция Онтарио. Наверное, я всегда был нонконформистом. Все мои приятели болели за «Лифс» и «Канадиенс». Так что я выбрал «Брюинс». Мне нравилось их лого. Помню, как я бесился, что в детской команде нам не позволяют брать номера выше 30-го. Я хотел быть 77-м, хотел быть как Рэй.

    Слушайте, я понимаю. Во мне два метра роста. У всех всегда был один вопрос: «Ты лупил детей в детских командах?

    Нет. Конечно, нет. Я был защитником-домоседом. Никогда не лучшим в команде. Меня не взяли ни в одну команду лиги Junior B. Тренеры продолжали твердить: «Слишком большой. Слишком медленный».

    Что значит слишком большой? Какого черта я могу с этим поделать?

    Так что я стал быстрее. И это хватило, чтобы получить стипендию от Мичиганского технологического университета. Я был уверен, что НХЛ мне не светит, но я мог получить диплом инженера. В 30 лет я бы работал в General Motors, сидел бы в своем офисе в сонном Онтарио в своем костюме и был бы чертовски доволен жизнью.

    Это была старая WCHA – 10-часовые поездки на автобусе в Миннесоту и Северную Дакоту. Мы даже играли в Анкоридже, Аляска. Никогда не забуду те поездки. Однополосная дорога в скучную Миннесоту, повсюду снег, печка сломана, а все парни смотрят фильмы и дурачатся.

    Я же штудирую учебники, делая тест по термодинамике. Эти бараны смотрят «Билли Мэдисона», а я пытаюсь решить задачу: Вопрос №5: пуля летит со скоростью X, пролетает через пять матрасов толщиной X. Пожалуйста, вычислите конечную скорость…

    А автобусе холодно и темно, и он подскакивает на каждой кочке. Мои уравнения разлетаются повсюду. Мои приятели орут каждую фразу Сэндлера. Так что последнее, о чем я думаю: «Однажды ты попадешь на Матч всех звезд НХЛ».

    Если вы думаете, что эта какая-то шутка про учебу, то ошибаетесь. В первый год половина студентов заваливает химию. Они реально ставят бумбокс, когда ты заходишь в класс, и играют песню Queen «Another One Bites the Dust».

    Но каким-то чудом я справился. Я получил диплом. Я обручился. Я был готов к кабинке в General Motors.

    А затем…

    «Эй, дорогая… Я получил предложение от команды АХЛ… В Хьюстоне».

    «Нет. Нет. Не может быть».

    Она считала это безумием. Я пообещал ей: дай мне три года. Три года, а затем я вернусь в реальный мир. В конце концов, у меня есть диплом. Что может случиться?

    Про себя вы, наверное, думаете: стандартная история. Здоровый головорез пытается пробиться в высший свет любыми способами.

    Что же, вот еще одна вещь, которую вы можете обо мне не знать: к 23 годам я не бывал в настоящей хоккейной драке. Конечно, приходилось толкаться с парнями в детстве, когда я еще играл в маске, но все это было не по-настоящему. Я не знал самых азов хоккейной драки.

    null

    Первые пару матчей в АХЛ за «Хьюстон Аэрос» я постоянно слышал: «Эй, ты, здоровый ублюдок, погнали? Понеслись. Прямо сейчас. Сейчас разберемся». Я только отвечал: «Э, нет. Нет, мне и так хорошо».

    А затем это произошло. Никогда не забуду тот момент перед игрой с «Пеорией». Мы готовились выйти на лед, когда тренер оглядел раздевалку. Затем он уставился на меня: «Скотт. Не. Дерись. С. Ди-Джей Кингом». Я такой: «Кто такой этот чертов Ди-Джей Кинг?» Его глаза округлились: «Ди-Джей Кинг – настоящий тяжеловес. Чертово животное».

    Так я и сделал… подрался с Кингом.

    А он… врезал мне прямо в челюсть.

    В тот момент я осознал: «О, хорошо. Ух. Так вот что значит получить настоящий удар». Но каким-то образом я умудрился устоять на ногах и вроде как выиграть бой. Мои партнеры просто слетели с катушек.

    Тогда я осознал еще одну вещь: «О, хорошо. Это было здорово. Не боль в челюсти. Это паршиво. Но приятно видеть, как радуются твои партнеры».

    Вот как все началось. Я принял свою роль, так как это позволило мне двигаться вперед, а не потому, что мне это нравилось. Драться, каким бы здоровым ты ни был, всегда непросто. По ходу третьего сезона в АХЛ (и последнего из обещанных моей невесте, к тому моменту уже ставшей женой) мы были на выезде, и я получил звонок, которого не ожидал: «Эй, «Миннесота» хочет, чтобы ты прилетел в Калгари. Сегодня».

    «Миннесота Уайлд». Хочет, чтобы я сыграл против «Калгари». Я обзвонил всех, рассказывая, что дебютирую в НХЛ. Сегодня.

    Я примчался в аэропорт, мечтая о том, как надену свитер команды НХЛ и выйду на 20-тысячную арену, забитую народом.

    «Сэр, ваш паспорт?» Мой паспорт? Мой бл*** паспорт! Нет.

    В те времена в АХЛ паспорта с собой брали только топовые проспекты команды, которые могли рассчитывать на вызов в основу. В Канаду. Я не входил в их число (из-за меня теперь всех парней заставляют всегда иметь при себе паспорт).

    Я умолял. Показал свое водительское удостоверение. Показал свои фотографии в хоккейной форме. Даже усилил канадский акцент: «Мэм, я – гражданин Канады. Мне нужно попасть на этот рейс. Мне сегодня предстоит играть в НХЛ, ясно?»

    Неа. Она не поддавалась. Я был сокрушен. Понимаете, не так уж и просто позвонить команде НХЛ: «Эй, безумная история, а… у меня нет с собой паспорта».

    Думал, что мне конец. Но вновь каким-то чудом все сложилось удачно и через несколько недель я получил новый шанс. Соперник – «Детройт». Я выскочил на лед на свою первую смену и оказался против Павла Дацюка и Ника Лидстрема.

    Это охренительный момент. И я был очень далек от офисного стула.

    Знаете что? Я зацепился. Мы с женой начали путешествовать по стране, год за годом. Но я остался в НХЛ.

    Это непросто. Вы думаете, что тафгай выходит на лед на пару минут, делает пару ударов, и на этом для него все окончено. Вот это жизнь, верно?

    Но я буду честен. Расслабляться нельзя. 24 часа 7 дней в неделю. Когда ты понимаешь, что тебя ждет бой, ты не можешь успокоить свой мозг. Ты можешь быть самым жестким, страшным парнем в НХЛ, но страх все равно не уйдет.

    В первые пару лет мне было так плохо, что я не мог спать. Всю ночь я смотрел видео на HockeyFights.com и YouTube, изучая, как дерутся мои будущие соперники. Стив Макинтайр. Эрик Годар. Список можно продолжать. Ты воображаешь предстоящие битвы с этими монстрами, и твой разум уже не может успокоиться.

    Мы сами подписываемся на эту работу. Однажды жена не могла больше терпеть и сказала: «Джон, ты же понимаешь, что эти парни, которых ты так боишься, наверное, сейчас сидят у себя дома и смотрят видео, как ты кого-то бьешь? Они испытывают такой же страх».

    Это был прорыв.

    Когда родились дочери, то это тоже помогло. По какой-то причине это позволило мне не думать о хоккее дома. Я стал тем игроком, которым, как я надеюсь, они могут гордиться. Я даже забил три гола за «Сан-Хосе» в прошлом сезоне. Они были очень рады.

    null

    «Ты думаешь, твои дети будут этим гордиться?»

    Вот оно. Момент, когда они меня потеряли.

    Сначала, когда стало очевидно, что я выиграю голосование болельщиков, я понял позицию лиги. Они не приукрашивали: «Эта игра не для тебя, Джон». Но я и сам это понимал. Честно, где-то я даже соглашался.

    Вначале я хотел, чтобы все это закончилось. У нас здорово получалось в Финиксе, и я стал ощущать, что стал частью чего-то значимого. «Койотам» пророчили последнее место, но в первой половине сезона мы многих удивили. Странная команда андердогов, которая смогла стать единой. И я отлично вписался: весельчак, душа раздевалки и весьма эффективный тафгай.

    Одна из причин, почему я задержался в этой лиге – я понимаю, что не являюсь звездой.

    Так что, когда меня попросили выступить с заявлением – попросить фанатов изменить голосование и прекратить «кампанию за Джона Скотта» – я сделал это без споров. Я заявил: «Послушайте. Я не заслуживаю этого. Голосуйте за моих партнеров». И я был честен.

    Пусть я не заслуживаю попадания Матч всех звезд, но я также считаю, что не заслуживаю такого отношения со стороны лиги по ходу этой саги. Я – игрок НХЛ. И, каким бы ни был уровень моего мастерства, я стал им не случайно. Я искренне верю, что, когда выхожу на лед, позволяю партнерам чувствовать себя защищенными и демонстрировать максимум своих возможностей.

    Делает ли это меня элитным игроком? Господи, конечно нет. И я буду страшно нервничать, когда выйду на лед в воскресенье. Буду ли я нервничать, играя 3 на 3, когда с одной стороны мимо меня промчится Тарасенко, а с другой – будет раздевать дриблингом Тэйвс? Конечно. Буду ли я самым медленным? Наверное.

    Но в тоже время это не «Чарли и шоколадная фабрика». Я не какой-то парень с улицы, которому посчастливилось выиграть золотой билет и «сыграть в хоккей со звездами». Я выиграл интернет-голосование. Конечно, в какой-то степени это было шуткой. Все могло этим и закончится. Но это не начиналось с шутки. Голосование шло из очень маленькой, малюсенькой выборки: игроки НХЛ. Это было голосование болельщиков. Фанаты в интернете выбирали из 700 или более лучших хоккеистов в Северной Америке.

    И я – один из них.

    null

    Если лига считала это унизительным, то практически все игроки меня поддерживали. Столько парней прислали мне сообщения с одним посылом: «Ты должен там быть».

    И это случилось не благодаря интернету. Я рвал свою жопу, чтобы быть достойным. С трех лет я выходил на лед каждый день. Я пережил отчисления из юниорских команд, поездки на автобусе на Аляску, экзамены по динамике и да – множество боев.

    Я стал одним из них. И это очень многое для меня значит.

    Это многое значит для моей семьи.

    Так что, когда кто-то из НХЛ мне позвонил и заявил: «Ты думаешь, твои дети будут этим гордиться?»

    … Тогда они меня потеряли.

    Вон он. Тот самый момент.

    Потому, пусть я знаю, что не заслуживаю участия в Матче всех звезд, я знаю, что сам имею право судить о том, чем будут гордиться мои дети.

    А ведь мои дочки – огромные фанатки НХЛ. Моя старшая, Ева, любит хоккей. Любит наблюдать за мной на льду. Любит следить за командой. И да, она с нетерпением ждет Матча всех звезд. Моя младшая, Габриэлла, еще слишком мала, что «следить» за этим – но ей это нравится не меньше. У нее есть все мои свитера: «Блэкхокс», «Уайлд», «Рейнджерс», «Шаркс» – и она постоянно их носит. И в Финиксе, когда папочка отправлялся на важный матч, она действовала, как по сигналу: ааааа-уууу (так воют койоты).

    Когда они увидят меня на льду в воскресенье, будут ли они гордиться? Кто знает. Мне хочется так думать. Но я знаю, что они будут там ради их отца – здорового и бестолкового. Они будут там, на трибунах, поддерживая меня, надев мои свитера, наблюдая, как я стараюсь изо всех сил, получаю удовольствие и исполняю мечту, которую лелеял с их возраста.

    Наверное, когда они достаточно подрастут, я расскажу им всю историю. Об одном безумном январе, когда они были слишком молоды, когда наша семья неожиданно переехала, когда мы перестали выть аааа-уууу, когда родились близнецы и когда их отец был во всех новостях и принял участие в той странной игре в Нэшвилле.

    Это будет классная история, я надеюсь.

    Представляю, как они буду подкалывать меня, пока я буду ее рассказывать (конечно, по-доброму).

    Затем я представляю, как везу их на маленькую ледовую арену. И, возможно, перед началом тренировки они даже смогут примерить мои краги.

    Мои старые краги с Матча всех звезд.

Просмотр 10 сообщений - с 41 по 50 (из 56 всего)

Для ответа в этой теме необходимо авторизоваться.